— Клептомания, — поправила Света.
— Точно. Я ей говорю: «Ты если уж так без этого не можешь, возьми, в руках подержи и на место клади». И что вы думаете? Так и отучилась. Ей же доверие нужно, опора. Вот так и живем!
— Дааа, влипла ты! — произнесла Лера. — Родному хвост накрутила, и все в ажуре! А тут подстраиваться надо. Лавировать.
— Не права ты, Валерия. С любым человеком по-хорошему надо, добротой. Он слышит так лучше. Вы мне вот что скажите… — Лена смущенно опустила глаза. — Я вот не рожала и уж вряд ли рожу, но ведь против природы не попрешь. Интересно же! Как… — Лена попыталась показать руками объемы ребенка. — Как… вот это все… Вылезает оттуда?
Девушки одна за другой начали смеяться.
— Ой, не могу я над тобой, Ленка. Там же все предусмотрено! — сквозь смех сказала Ира.
Лера решительно встала с кровати.
— Раззадорили вы меня. Слушайте! Женщина — это универсальная машина автономного питания — все могу! Мужики-то, они что? Ходят на работу, если ходят, жрут, на диване валяются. А тут и на работу сносись, и дом в порядке держи, и жрать готовь, но это только верхушка айсберга. Снизу самое интересное! Ноги раздвинь, приятно ему сделай, девять месяцев с пузом проходи, роди, а потом всю жизнь этот цветочек на своем горбу тащи, при этом продолжай жрать готовить, дом убирать, гостей принимать и маму любимого мужа боготворить!
— Тебя ж никто не заставляет так жить! — подметила Света.
— Много ли ты понимаешь, — парировала Лера. — Жизнь так устроена. Я вот хотя бы за своего алкоголика рада, что ему со мной жутко повезло. Я, когда беременна была, ночами его за мороженкой не посылала и фейхоа не требовала. Главное, чтоб в доме была перловка. Я ее употребляла в любом виде. Первое, второе, каша, пирог из перловки, один раз кашку жиденько развела кипяченой водичкой, сахара добавила, вот тебе и компот. Но вот мой благоверный на почве моей беременности трусоват стал, мужикам морды бить — так завсегда, а схваток боялся до чертиков. Как только я за живот возьмусь, через пять минут его мама уже на пороге. Тамара Петровна в соседнем доме живет. Мои-то родичи, которые больше всех мечтали о внуках, когда нашли книжку «Молодая мама» у меня под подушкой, вещички собрали и этим же учебником из дома поперли. Ну да и хрен с ними, я не пропаду.
В общем! Девять месяцев прошли достаточно беспроблемно, гинекология — дом, дом — гинекология, перловка — туалет! Однажды пошла я перед сном умываться, не успела добраться до ванной, из меня как ливанет! Стою как дура! Понимаю, что дела плохи. Дожила! Ссусь посреди коридора. Как представила, что мой сейчас из комнаты выйдет, а я в луже топчусь, стыдно до жути стало. А там не прекращается.
И меня вдруг осенило. Как заору: «Колька, воды отошли!»
Он из комнаты в одних трусах выскочил, на меня глянул и на кухню к телефону.
Я поняла, в чем дело, кричу ему вдогонку: «Матери не звони, придурок, она позавчера в больницу легла с давлением! Скорую вызывай!»
Дальше было хуже. Меня совсем перемкнуло. Памятуя рассказы девочек, как в роддоме скальп на лобке снимают, я полезла в ванну, а поняв, что при наличии живота самостоятельно не справлюсь, позвала своего.
Картина Репина «Приплыли» в натуре.
Из меня льет, а мой с бритвой подо мной ползает!
С этим заданием мы благополучно справились.
Смотрю, лица на Колясике нет, а я еще масла в огонь подливаю. «Может, клизму сделаем?»
Муж глаза вытаращил и с криками: «Совсем с катушек съехала!» из ванной выбежал!
И правда, подумала я, к чему ему знать все мои секреты. Вытерлась полотенцем, накинула халат и пошла собираться в роддом. Колька тем временем накатывал рюмку водки на кухне. Я ему говорить ничего не стала, тем более новая идея посетила мой воспаленный мозг. За месяц до этого знаменательного дня мы постелили в спальне новый ковролин. Я как представила, что сейчас эти ироды врачи начнут топтать его своими грязными говнодавами, схватки участились. Я метнулась на кухню, набрала мусорных пакетов и давай весь пол застилать ими.