— Надеюсь, кофе есть, чем оплатить, Бестужев?
Я молча сверлю его полным ненависти взглядом. Урод.
— Володя, ты идешь? — громыхает посреди зоны ожидания мать.
— Ну, раз молчишь, значит, оплатишь сам, — «бойфренд Володя» подхватывает чемоданы и несется по холл. — Уже бегу, моя королева!
— Ян… — беспомощно бормочет Света. Впивается мне в плечи острыми ноготками. — Сделай что-нибудь, Ян! Они уносят мою Клюкву!
В следующий миг она выпускает мои плечи и хватает спортивную сумку, в которой привезла собаку. Зажав подмышкой пышный букет, сестра бросается к выходу из кафе.
— Эй, подождите! Ну, подождите же вы меня!
Сестра неуклюже спотыкается, теряет равновесие, но упорно несется по сверкающему холлу аэропорта вслед за бравой процессией, уносящей ее пёсика и чемоданы.
Я медленно отпиваю глоток своего кофе и отрешенно наблюдаю за цирком, который устроила моя мать.
Я вдруг понимаю, что никакие дипломы и расстояния не помогли Свете повзрослеть и отделиться от матери. Вздыхаю. Мы с ней похожи.
Перед глазами встает утренняя размолвка с Катей.
«Ян… я ушла от тебя не потому, что разлюбила. И ребенка скрыла совсем не для того, чтобы ты страдал. Просто твоя мать всегда использовала самые грязные методы, чтобы манипулировать тобой и мной. Для меня ее игры неприемлемы».
Я наконец понимаю, почему Катя от меня ушла. Она не хотела вот так бежать вслед за цирковой процессией, в которой всем руководит моя мать. Наверное, иногда, чтобы осознать самое важное, необходимо потерять. И почему-то именно сейчас, когда я потерял медцентр «Диана», я чувствую себя полным надежд.
Достаю телефон и открываю фото, на котором Катя и Марк. То фото, которое мне прислал Любимов. Катя и сын улыбаются мне с экрана, и я на автомате улыбаюсь им в ответ.
Оставив на столике оплату за кофе, я медленно иду по холлу. Притормаживаю у киоска со всякой ерундой и покупаю большой генератор мыльных пузырей в виде пистолета.
Надеюсь, Марку понравится мой подарок.
Забросив купленную игрушку на переднее сиденье, я сажусь за руль и поворачиваю ключ в зажигании. Спустя пару мгновений машина несется обратно в город. Я еду к Кате и сыну.
Глава 37. Катя
— И что, Ян? Они так и уехали, оставив тебя в кафе?
Я напряженно смотрю в глаза Бестужеву. Он хмурится.
— Кать… мне неприятно об этом говорить, но иногда надо отступить. Наверное, сейчас пришло время заняться своей жизнью, а не потакать капризам выжившей из ума женщины. По-другому назвать мою мать у меня не получается. Она представила Свете Утесова, как своего бойфренда!
Мы сидим во дворе на большой качели, а Марк носится вокруг нас с пистолетом, который непрерывно генерирует мыльные пузыри. Это подарок Яна.
Мой папа с любопытством выглядывает из гаража.
— Бойфренда? — уточняет удивленно.
Я взвиваюсь.
— Папа! Подслушивать нехорошо.
Но Яна, похоже не беспокоит папино любопытство.
— Да, она так и сказала: бойфренд Володя, — хмурится он.
— Ой, не могу… Бойфренд Володя… Говоришь, ему тридцать с хвостиком, как тебе?.. Прости, Ян, это очень смешно… — крепкие плечи папы трясутся от смеха. Он скрывается от нас в гараже, но его громкий хохот слышен даже на улице.
Мы с Яном переглядываемся. Я накрываю его руку своей рукой.
— Останешься сегодня на ужин? — спрашиваю с надеждой. Хочу, чтобы он остался.
Губ Яна касается улыбка. В его карих глазах вспыхивает нежность.
— Мне неловко ужинать у вас второй день подряд, но я так хочу почитать Марку сказку на ночь! Можно, я задержусь сегодня, пока он не заснет?
В распахнутое окно кухни выглядывает мама.
— Конечно, можно, что за вопросы? — отвечает за меня. — Кстати, ужин почти готов. Катя, давай, помоги мне накрыть на стол!
Я прочищаю горло. Кажется, нас подслушивают со всех сторон? Ян понимающе улыбается. Знает, что с моими родителями только так — они гостеприимные, но очень любопытные.
— Так, я побежала на кухню, а тебе возиться с Марком, — предупреждаю Бестужева. — Вымойте руки и приходите ужинать.
Ян кивает, но ему даже не надо ничего делать — стоит мне встать с большой качели, как Марк устраивается рядом с ним.
— А какую сказку ты знаешь? — спрашивает с таким серьезным видом, что новоиспеченный отец теряется.
— Ну… про Репку знаю.
— А еще?
— Про Колобка.
— А про Теремок знаешь? — слышится голос сына.
— Знаю, — с готовностью отвечает Ян.
— Расскажешь?
— Расскажу.