— Хочу дочь. Чтобы она была такой, как ты. С такими же пронзительно зелеными глазами. И чтобы она улыбалась, как ты, — признаюсь Кате.
Она улыбается мне в ответ. Спохватывается:
— Кстати, я забронировала номер в отеле на выходные. Придется отменить бронь.
Я хмурюсь.
— Не вздумай! Что бы ни случилось, я не упущу выходные с тобой и Марком у моря.
— Ладно, выясним, что с твоей матерью, а там решим окончательно, — соглашается со мной Катя. — В конце концов, я перенесу бронь на те выходные, которые падают на нашу свадьбу.
— Отличное решение.
Впереди показывается здание городской больницы. Мы сворачиваем к приемнику, ищем место на парковке.
В холле нас встречают Света и Утесов.
— Ян, клянусь, ваша матушка не билась головой, — проигнорировав приветствие, распаляется Володя.
Я отмахиваюсь от его признаний.
— Разберемся. Света, ты как?
Моя сестра бледна.
— Не знаю, Ян. Странно все это. Не пойму, как можно впасть в кому от того, что увидела себя по телевизору без волос?
Я вздыхаю.
— В этом вся суть нашей матери. Увидеть себя любимую некрасивой — для нее неприемлемо.
Света всплескивает руками.
— Нет, ты не понимаешь! Перед этим она спокойно пила свой любимый кофе и хвасталась, что ей удалось обвести вокруг пальца страховую компанию. Говорила, как хорошо, что ей пришла в голову спонтанная идея поджечь террасу и свалить всю вину на тебя. Дому все равно требовался ремонт, а теперь страховая компания будет обязана выплатить ей круглую сумму, которой хватит не только на восстановление дома, но и на оплату штрафов от прокуратуры. Что пока все будут восстанавливать, она поселится в квартире, которую якобы подарила вам с Катей на свадьбу.
— А потом она обернулась на экран телевизора, там как раз шли кадры нашего пожара, и все! — встревает Утесов.
Я хмурюсь.
— Получается, мама умышленно плеснула жидкость для розжига на террасу?
Света кивает.
— Она сама так сказала. Увидела, что мангалы стоят рядом с террасой из сухого дерева и тут же придумала план, как провести страховую компанию. По крайней мере, расстроенной она не выглядела, Ян! Скажи, Володя?
Утесов кивает.
— Только следователю это не говори, ладно? — просит Света. — Иначе нам будет негде жить.
— Если следствие не сможет доказать, что пожар был спланирован, то мы получим страховку, — не отстает от нее Утесов.
— Мы? — я пронизываю пройдоху Володю испепеляющим взглядом.
Он опускает взор.
— Я вообще-то на правах будущего зятя так сказал.
Я закатываю глаза.
— Тебе лишь бы жениться, да, Утесов? Все равно, на ком из нашей семьи?
— А что? Мне нравится твоя сестра! Между прочим, мы уже придумали, как назовем нашего первенца.
Сестра кивает ему в унисон и улыбается.
— Кирюшей, — сообщает шепотом.
Глава 56. Ян
Утесов сжимает ее маленькую руку своей огромной лапищей. Я замечаю на пальце правой руки сестры тот самый перстень с рубином, который Утесов прикупил для моей матушки.
Вздыхаю. Впрочем, если Свету все устраивает в этом неотесанном мужлане, то зачем я буду лезть в их жизнь?
Правда, если Светик останется здесь, и они поженятся, то нам придется видеться на каждом семейном празднике. Но их же не так много в году, этих семейных торжеств? Можно ради счастья сестры потерпеть.
«Надеюсь, их первенец Кирюша Утесов не станет поступать в мединститут, а ограничится греблей», — лезет в голову непрошенная мысль.
Я притягиваю к себе Катю. Она понимающе улыбается.
Потом мы долго сидим в холле. Доктора возят маму из кабинета в кабинет, хмурятся. На наши вопросы отмахиваются: «Ждите».
Через час нейрохирург Костя Антонов зовет меня к себе в кабинет.
Я сверлю коллегу нетерпеливым взглядом.
— Что с мамой, Костя? Когда она очнется?
Он вздыхает.
— Ян, боюсь, Диана не очнется.
— Почему? — недоумеваю я. — Она еще утром строила наполеоновские планы, как свалить на меня вину за пожар.
Костя показывает мне снимки головного мозга нашей всесильной матушки. Обводит ручкой какой-то участок.
— Видишь вот это пятнышко?
— Вижу, конечно.
— Это опухоль. Она растет с огромной скоростью и пережимает кровоток. Сегодня утром случилось то, что должно было случиться. Опухоль подросла. Если ее не удалить, Диана не очнется. А если будем оперировать, то после восстановления пациентка полностью потеряет память.
— Как, полностью? — недоумеваю. — Память не восстановится?
— Нам придется удалить тот отдел, который отвечает за воспроизведение прошлого опыта. Если операция пройдет успешно, то для пациентки жизнь начнется с чистого листа. Кому-то из вас придется взять на себя опекунство. Но по крайней мере, так ваша матушка сможет ходить, говорить и сама себя обслуживать. А если мы не сделаем операцию, то она останется в коме.