— Что ж, мама, добро пожаловать в новую реальность. Не волнуйся, мы со Светой о тебе позаботимся. В отличие от тебя, у нас с ней есть сердце, — произношу решительно.
— Не называй меня мамой! У меня никогда не было детей! — выкрикивает Диана.
Я кивком головы указываю Косте на дверь палаты.
— Буду благодарен, если оформишь документы для совета как можно скорее, — произношу тихо.
— Сделаю, — обещает Костя.
Я иду по холлу больницы. Шаг, еще шаг — и я вдруг расправляю плечи. Тяжесть, которая давила все эти годы и заставляла сутулиться, внезапно уходит.
Теперь я стою во главе семейного бизнеса. Я заведую детским хирургическим отделением. А значит, все будет хорошо.
Ноги несут меня к доске почета. Там, среди остальных фотографий есть фото моего отца.
Притормаживаю. Подтягиваюсь и осторожно касаюсь пальцами старой фотографии.
«Пап, наше время пришло», — шепчу тихонько давно покинувшему нас детскому хирургу Бестужеву. Знаю, если есть жизнь после смерти, то сейчас он за меня очень-очень рад.
В носу свербит от эмоций, но я все равно улыбаюсь. Подмигиваю фотографии, и на миг мне кажется, что отец подмигивает мне в ответ.
Эпилог
Катя
Я ступаю босыми ступнями по влажному песку. Морской бриз пытается сорвать с меня парео, но я не сдаюсь. Подставляю лицо утреннему солнцу и с наслаждением вдыхаю соленый морской воздух. Волны этим утром лениво накатывают на берег, и их шум с легкостью перекрикивают голодные чайки.
У меня на пальце правой руки красуется обручальное кольцо. Вчера мы с Яном тихо расписались в районном загсе, поужинали с моими родителями, а потом рванули к морю вместе с сыном.
Я занимаю лежак у самой кромки воды. Кладу на него свою белую шляпку и пляжную сумку. Снимаю белоснежное парео и демонстрирую окружающим свой красивый купальник с ромашками.
Ян идет босиком по влажному песку чуть поодаль. У него на плечах сидит Марк. Оба в белых шортах и без маек. Они притормаживают у самой воды и посматривают вдаль.
Там, в золотых солнечных лучах, из морской синевы выныривает стая дельфинов.
Марк подпрыгивает у отца на плечах.
— Видел? Видел, пап?! — тычет пальцем в горизонт. — Мам, дельфины! Дельфины! Где мой бинокль, что деда дал?
Я спохватываюсь. Открываю пляжную сумку, извлекаю оттуда военный бинокль моего папы. Протягиваю Яну, а тот передает сыну.
— Вон они, папа! Большие-пребольшие!
Ян улыбается.
— Я вижу, сынок, — сообщает спокойно. Удерживает сына левой рукой, а правой притягивает меня к себе.
Я обвиваю руками его за талию. Прижимаюсь крепко-крепко.
— Люблю тебя, — шепчу тихонько.
— И я тебя люблю, — шепчет он в ответ. — Поверить не могу, что я целых пять лет игнорировал свой любимый песочный пляж.
Я смеюсь.
— О, теперь у тебя есть возможность наверстать упущенное.
Марк нетерпеливо ерзает на плечах у Яна.
— Пап, давай строить большой замок?
— А купаться?
— О… давай купаться! Песок не убежит, — согласен сын.
Я укладываюсь на лежак поудобнее. Надеваю на глаза очки от солнца.
— Купайтесь. Я пока здесь полежу, — отмахиваюсь от любимых мужчин.
В ответ слышу веселый смех. А следом мне в лицо и на тело уже летят соленые брызги.
— Ах, вы, дрянные мальчишки! — срываю очки и бегу за ними по песку в море.
Вода прохладная, но тело быстро привыкает. Пару рывков вперед — и мы втроем плывем рядом.
— Как же хорошо, — выдыхаю с блаженством.
Ян пронизывает меня откровенным взглядом.
— Обещаю, сегодня ночью будет во сто раз лучше, — обещает мне.
Я смеюсь.
— Ловлю на слове. Как только уложим Марка спать, я вся твоя.
— Договорились!
Ян подхватывает сына, подбрасывает немного вверх, и тот ныряет в прозрачную соленую воду.
— Теперь ты, пап! — требует громко, едва вынырнув.
Зажав нос пальцами, мой муж ныряет вслед за сыном.
Я наблюдаю за их игрой и улыбаюсь.
— А теперь мама! — смеется Марк.
Я пугаюсь.
— Нет! Ни за что на свете…
Но Ян уже дергает меня под водой за ногу, и соленая вода накрывает с головой.
Я выныриваю, отфыркиваюсь и отжимаю волосы.
Верчу головой по сторонам.
— Ну, держитесь! — обещаю своим мужчинам и пускаюсь за ними вдогонку.
Вот оно, настоящее семейное счастье.
Конец.