Она открыла глаза, ничего не понимая. Тысяча вопросов, разом, возникли в её голове. Что он собирается делать? Как будет любить её? Она стояла почти в полный рост, положив ладони на стену. Его губы на её плече, целовали, дразнили и ласкали такую чувствительную кожу. А руки мяли ягодицы. Еще немного, и чуткие пальцы обласкали живот, спустились вниз, касаясь тонкой кожи на внутренней стороне бедра, а потом проникли в неё, внутрь. И она снова была готова его принять. Готова раствориться в нем. Вот только совсем не могла пошевелиться, буквально прижатая его мощным телом к высокой спинке. Она застонала, почувствовав, как он медленно скользит в ней, вверх, вперед. Это совершенно новые, неведомые ей доселе ощущения. Вот так она еще никогда не чувствовала его. Откуда в нем все это? Откуда он знает, умеет?
- Да, детка… Я так люблю тебя… Тебя одну, на всем белом свете…
И она верила ему, шла за ним, откинула голову назад, на его плечо и тихо шептала:
- Да, Трой, да. И я люблю тебя, тебя одного. И я только твоя.
А дальше уже знакомая стая бабочек подхватила её и несла вверх, заставляя снова и снова пульсировать и сжиматься вокруг него. И вот уже такое родное тепло разливалось по каждой клеточке её тела, заставляя и её раствориться в нем. И опуститься на мягкое розовое облако и уснуть там, вместе с Троем.
…..
- Моя спящая красавица! – Габриэлла просыпалась от ласкового шепота у самого уха и легких поцелуев, - Проснись. Открой глаза, я хочу любить тебя, такую сонную и разнеженную. И хочу, чтобы ты отвечала мне.
- Я не могу, - она улыбнулась, но даже не пыталась открыть глаза, - Я не могу проснуться, но могу отвечать.
Она повернулась к нему и обвила руками его шею, уткнувшись носом ему в грудь и оставляя на коже поцелуи.
- Ну, - Трой усмехнулся, повернул её на спину и навис над ней, - Хотя бы так.
И, опираясь на локти по обе стороны от её головы, устроился между ног и медленно скользнул в такое любимое тело…
Габриэлла кончиками пальцев перебирала его волосы у висков, гладила скулы и вглядывалась в до боли любимые черты лица. Прямые густые брови. Умопомрачительные длинные пушистые ресницы. Прямой, чуть вздернутый нос. Его ноздри так смешно раздуваются, когда он злится на неё и не находит слов. Вылепленные умелым скульптором губы, которые растягиваются в такой зажигательной улыбке. Ямочка на подбородке, скрытая щетиной.
- Нравится? – он усмехнулся, держа в ладонях её голову и не спеша покидать её саму.
- Очень, – искренняя улыбка, от уха до уха, расползлась по её лицу.
- А мне нравится вот это, и все восемь веснушек на носу, – он чмокнул её в кончик носа, - И, как ни жаль, но нам надо вставать. Я умираю с голоду. Надо успеть сегодня затарить холодильник. И решать, куда мы поедем.
Он перекатился на бок, увлекая Габриэллу за собой. Она положила подбородок на его плечо и улыбнулась. Вторая половина кровати так и осталась не разобранной.
- Интересно, здесь можно заблудиться? Или, потеряться?
- Хочешь, чтобы к моим кошмарам прибавился еще один? – он усмехнулся, - Как я потерял тебя в огромной кровати? Нет уж. Нам вполне хватает и этой половины. Давай, детка. Вставай. И дуй в ванну, - он стиснул её задницу, - Под этим душем нам лучше не рисковать мыться вдвоем.
- Тебе чай или кофе? – Трой усадил Габриэллу за свободный столик и поставил перед ней тарелки.
- Кофе. И, так и быть, что-нибудь вкусненькое. Уеду отсюда огромной и неповоротливой.
- Не выйдет, – Трой наклонился к её уху, - Вы, мадам, столько калорий сжигаете в нашей постели, что быть огромной и неповоротливой, вам не грозит.
Через несколько минут он вернулся к ней с двумя кружками дымящегося кофе и каким-то пирожным.
- У, – Габриэлла поерзала на стуле и потянулась за ним, - И что это? вкусно?
- Вот когда все съешь, тогда и узнаешь. И что за завтрак у тебя? Одна трава. Да тебе таких пирожных дюжину надо, не меньше. Бри, ты, как никто другой, должна знать, что здесь тебе потребуется много энергии. Здесь мороз. И холод. И откуда твоему организму брать топливо, чтобы согреть тебя? Вот, держи. И не спорь, – он переложил ей в тарелку половину своего омлета и несколько ломтиков хрустящего бекона, - А лучше, я сам буду брать тебе завтрак.
- Трой, – она хотела возразить ему, но не успела, так как услышала знакомый голос.
- У вас свободно? – Рене, не дожидаясь ответа, присаживалась за их столик.
Трой насупил брови. И вот надо же, чтобы из трех ресторанов в отеле, эти молодожены выбрали именно этот.