— Где мы? Куда вы меня притащили?
— Лили, это совершенно безопасное…
— Мне что, еще раз повторить?
— Мы в Хогвартсе.
— Ах, в Хогвартсе…
Я набрала в легкие воздух, собираясь… Закричать? Нет, наверное, просто возмутиться, что меня, словно какую-то безропотную куклу, доставляют туда, куда захотят. Но именно в эту секунду боль скрутила так, что я лишь вытаращила глаза, а из горла вырвался звук, похожий на мышиный писк.
— Лили? Тебе плохо?
Из-за спины Дамблдора быстро вышел Северус и, не останавливаясь, приблизился ко мне.
Нет, мне очень хорошо! Прямо превосходно…
Я хотела отойти от него, демонстрируя, как отношусь к нему, в целом, и к его озабоченности, в частности, но Северус решительно взял меня за плечи, поворачивая к себе.
— Что ты себе позволяешь! — выдавила я наконец, попытавшись увернуться от его рук.
— Не будь такой упрямой, Лили! Ты можешь хотя бы ненадолго отбросить все свои эмоции и довериться мне?
— Уже доверилась! И что получила взамен?
Наверное, со стороны могло показаться, что я веду себя чересчур экспрессивно, как какой-то подросток, но негодование просто переполняло меня.
— Сколько можно меня обманывать? Или вы все считаете, что за то время, которое провела в коме, я сильно поглупела?..
— Никто так не считает, Лили, — мягко сказал Дамблдор, наблюдая за нами обоими, но не предпринимая попытки вмешаться. — Ты прекрасно знаешь…
— Знаю? Ничего я не знаю! Я лишь убедилась в том, что от меня на каждом шагу что-то скрывают!
После нескольких минут напряженного сопротивления на меня навалилась усталость.
— Лили, позволь Северусу помочь тебе. Он хороший специалист…
— Доктор, что ли? — усмехнулась я. — А, профессор?
Руки Северуса до сих пор лежали на моих плечах, но на дальнейшую борьбу не оставалось больше сил. Наши взгляды пересеклись…
— Да что это за такое! — донеслось со стороны двери возмущенное восклицание. — Убери от нее руки!
Я почему-то вздрогнула, осознав, что не слышала ни чьих-либо шагов, ни других звуков, обозначавших, что к спальне кто-то идет. Быстро обернулась и увидела Гарри. Яростно прищурив глаза, он неотрывно смотрел на нас с Северусом. Позади стояли Гермиона и Рон, выглядывающие из-за его спины.
— Гарри, — с тем же укором произнес Дамблдор, — добавь в обращение к профессору Снейпу немного больше уважения, пожалуйста.
Гарри только мельком взглянул на него и вошел в комнату.
— Убери от моей мамы руки и отойди от нее не менее чем на два фута.
Будто не слыша его, Северус возвратил взгляд ко мне. Чувствуя, что терпение Гарри на исходе, я повела плечами, и лишь тогда он поднял руки, отстраняясь от меня.
— Ты знаешь, — сказал он, — твой сын иногда бывает до ужаса невоспитан.
Вместо того, чтобы рассердиться, я ощутила спокойствие.
— Ты намекаешь на то, что Гарри некому было воспитывать, не так ли? — холодно осведомилась я у Северуса.
Как он воспринял мои слова, понять было практически невозможно. Я сразу же отвернулась от него и посмотрела на сына. Гарри сначала нерешительно, словно, тяготясь присутствием посторонних в спальне, подался ко мне, но затем быстро преодолел оставшееся расстояние. Нет, мнение окружающих его отнюдь не стесняло, во всяком случае, в этот момент. Он обнял меня, обвивая шею руками. Я погладила его по спине и спросила:
— Ну, как ты?
— Со мной все в порядке, — вполголоса сказал Гарри близко-близко.
Даже если с ним что-нибудь не так, вряд ли он сообщил бы об этом тут же.
— Мам, я так испугался, когда ты… — Он справился с дрогнувшим голосом. — Когда в тебя попало заклятие.
— Да, досталось мне немного, — я слабо улыбнулась. Перед мысленным взором пронеслась картинка залитой дождем улицы, на которой с громкими хлопками появляются люди в накинутых на головы капюшонах, и на короткий миг мне стало страшно, как тогда, в мокром уличном кафе. — Эти люди… Это ведь были те самые Упивающиеся?
В комнате наступила тишина. Гарри едва слышно втянул в себя воздух. Я не смотрела ни на кого больше, только на него.
— Да, это были они, — кивнул он.
— Что им было нужно?
То есть, конечно, я знала ответ, но вопрос сам сорвался с языка.
— Это очевидно, — нервно хмыкнул Гарри, обнимая одной рукой меня за плечи, но при этом не поворачиваясь ни к кому лицом. — Их основная цель — поймать меня. Это им, кстати, ни разу не удалось.
— Руки коротки, — поддержал его стоявший рядом с Гермионой у двери Рон.
Из-за плеча Гарри я увидела, как Северус смерил парня взглядом а-ля “вас просили встревать, мистер Уизли?” Рон было вызывающе вскинул подбородок, но слегка стушевался и отвел глаза.
— Но откуда они узнали, что ты, Гарри, будешь именно на Диагон-Аллее?
— Ну… вероятно, им кто-то доложил об этом, — с мрачным видом сказал Гарри, потом остро глянул на Северуса. — Яксли произнес очень любопытную фразу. Я думаю, она не так уж безосновательна.
— Яксли тупица, — холодно сказал Северус. — Он скажет глупость, и ты поверишь, Поттер?
— Северус! — внезапно взорвалась я, да так, что Гарри вздрогнул. — Последний раз повторяю, его зовут Гарри, и никак иначе! Будь добр, запомни это.
Вот теперь я действительно его задела. Его темные глаза полыхнули огнем негодования, но который вряд ли относился в мой адрес, а руки непроизвольно сжались.
— Ну-ну, Лили, — увещевающе проговорил Альбус в очередной попытке воздействовать на меня своим ласковым тоном, — не стоит так повышать голос, пожалей собственные нервы и душевное равновесие… Гарри, пожалуйста, убеди свою маму на сегодня прекратить всякие расспросы и позволить профессору Снейпу помочь ей…
— Ни за что! — категорически воспротивился Гарри, схватив меня за руку, будто таким образом стремясь защитить от Северуса, уже готовящегося принять всевозможные меры для моей помощи. — Никакого профессора Снейпа рядом с ней быть не должно. И потом, если мама согласится, мы вернемся домой.
— Конечно, согласна. Я вообще не понимаю, почему мы здесь…
— Вы хотите вернуться в Лондон? — уточнил Дамблдор. — Это неразумно.
— Нет, не в Лондон, — сказала я, прижимая к себе сына. Мы с ним стояли напротив Альбуса и Северуса и как будто находились в отдельном лагере, обособленном от них. — Но это не суть важно. Я не останусь в Хогвартсе, если того не хочет Гарри.
Он посмотрел на меня, и я поняла, что его решение уйти или остаться полностью зависит от моего желания. Если наши мнения совпадут, то так и сделаем. Однако все усложнялось тем, что Дамблдор ненавязчиво давил на Гарри, применяя широко известный метод: вызывая жалость, акцентируя на моем стрессовом состоянии.
Как же я терпеть этого не могла!
— Гарри, подумай хорошо, что будет лучше для твоей мамы, — снова заговорил Дамблдор, словно мои мысли проникли в его голову.
— Не смейте его подстрекать, Альбус, — ровным голосом, стараясь вновь не поддаться порыву, сказала я.
— Я не подстрекаю его. — В его тоне промелькнула тень удивления. — Я всего лишь хочу, чтобы Гарри понял, что оставаться без присмотра профессиональных целителей для тебя крайне нежелательно.
Я хотела возразить, что ничего этого мне не нужно, ибо чувствую… нет, не прекрасно, зачем врать самой себе, но довольно сносно… Если не обращать внимания на постоянную боль, вспыхивающую то тут, то там… Но Гарри опередил меня.
— Без присмотра? Что вы имеете в виду? — Ох, как же он встревожился!
Вместо Дамблдора ответил Северус. Мне показалось, он посмотрел на моего сына чуть ли не с жалостью, словно Гарри был безнадежно умственно отсталым.
— Пот… Мистер Поттер, ваша мама нуждается в целительском уходе. Если бы не чрезвычайные обстоятельства, она до сих пор бы находилась в больнице под неусыпным наблюдением целителей. То, что она пережила — это не какая-то там пустяковая простуда. Осложнения могли бы быть куда серьезнее.
Под “чрезвычайными обстоятельствами” он, без сомнения, подразумевал мой побег из больницы. Еще мне подумалось, что своей речью Северус стремился воздействовать и на меня тоже.