Крис с непониманием уставился на сестру.
- Впрочем, я понять тебя не трудно, – Анна отвернулась от брата. – Деньги, слава, свобода, которую они дают. Новая жизнь, зачем нести с собой туда старую, где сестра убийца, отец-псих и парализованная мать.
- Анна, пожалуйста, не надо, – умоляюще просил Крис. – Ты нужна мне.
Анна горько усмехнулась.
- Не думаю. Крис, тебя теперь так зовут? – девушка открыла дверь и вышла, увернувшись от сдерживающей руки Криса.
- Я надеюсь лишь, что ты будешь счастлив.
- Аннабель. Не уходи, пожалуйста. Аннабель! – Крис выскочил из машины, но было уже поздно – девушка растворилась в толпе.
Анна сама не сразу поняла, с чего сорвалась на брата. Возможно из-за того, что пока она постоянно рисковала жизнью, он жил в достатке и спокойствии и теперь больше напоминал тех мужчин, которых они когда-то убивали. Теперь они совсем из разных слоев общества и глупо продолжать общаться. Анна вернулась в дом и теперь бесцельно ходила по нему. Она спустилась на первый этаж и стала напротив закрытой двери в комнату матери. Её рука аккуратно потянулась к ручке и очень медленно открыла дверь. Комната была пуста – Тони вывез все оборудование, видимо, чтобы оно ни напоминало ему о матери. Анна села на пол. Такого чувства одиночества она не испытывала никогда.
- Мама, мамочка. Что мне делать теперь, если вся моя жизнь ложь и как же мне теперь больно.
Анна подобрала под себя коленки и стала медленно раскачиваться.
- У меня никого не осталось. Почти никого, – только и шептала Анна. Ее трясло.
Девушка подняла голову к потолку.
- Джейкоб, мне так больно. Ты нужен мне, – сказала она.
Затем медленно опустила голову, и все эмоции разом пропали, сбивчивое дыхание выровнялось, и вторая личность медленно осмотрела комнату без признаков каких-либо сожалений. Опершись на руку Джейкоб в теле Анны поднялся и отправился на кухню – за сутки девушка ничего не ела.
По вечерам, поев и уложив своего восьмилетнего сына Уильяма, спать Элла и Руперт Смиты играли в шахматы. С момента их брака – четыре года назад это стало их доброй традицией, так же как неизменные победы Эллы в подобных баталиях. Но не сегодня – сегодня был безусловный триумф Руперта, чему он радовался как ребенок. Он даже не заметил, что ему в десять вечера звонит абсолютно незнакомый номер. Подняв трубку, он воскликнул:
- Победитель по жизни слушает!
- О. Хм. Здравствуйте, вас беспокоит Крис Харисон.
Руперт даже слегка онемел. Он положил телефон на стол и включил громкую связь чтобы Элла тоже слышала разговор.
- Вы хотели сказать Энтони Блэквотер, очевидно, – с сарказмом ответил Руперт.
- Рад что вы меня помните и узнали, – произнес Крис.
- И сколько стоит узнать телефон полицейского сегодня на рынке? – спросил Руперт.
- Примерно двадцать минут возни с вашим Facebook. Кстати у вас замечательный сын и супруга.
- Я думаю что вы звоните мне явно не для того чтобы говорить очевидные вещи. Что вам нужно? – напрямик спросил Руперт.
На той стороне трубке тяжело вздохнули.
- Я виделся сегодня с сестрой…
- Вы хотели сказать с бывшей сестрой, – уточнил Руперт.
- С Анной. У нас с ней состоялся не самый приятный разговор, по итогам которого Анна решила, что нам не стоит более общаться. Потому я хотел бы у вас, как у ее коллеги попросить ее телефонный номер.
-Понимаю, но вряд- ли смогу помочь. Если девушка решила с вами не общаться, значит, она и не будет с вами общаться, даже если я дам вам ее номер.
- Я знаю, – в отчаянии сказал Крис.
- Тогда почему вы ей хотите позвонить?
- Потому что она моя родня и всегда останется дорогим мне человеком, очевидно, – Руперт хотел было положить трубку, но Элла остановила его. – Я почти ничего не знаю, что у нее произошло за пять лет. Как она оказалось в британской полиции? Чем вообще занималась в Америке? Почему у нее рука в гипсе? Почему она, в конце концов, в блондинку окрасилась?
- Она работала в ФБР в Америке, перевелась в нашу полицию месяц назад с помощью запроса на перевод. Чаще всего она «внедренец» раскрывает заговоры или террористические акты изнутри. В меня стреляли, а Анна спасла меня, откинув в сторону, потому у нее загипсована рука. Понятия не имею, почему она перекрасилась в блондинку.
- Быть «внедренцем» опасно?
- Более чем, но другой работы, ей, будучи бывшим киллером, вряд ли найти. Справляется она с ней отлично, поэтому не стоит за нее переживать, – уточнил Руперт, который уже сменил гнев на милость. Даже уже подумывал скинуть телефон Крису.
- Макс, наверное, рад, – вдруг выпалил Крис.