Гордею же всегда забавно было наблюдать за тем, какие метаморфозы очень часто происходят с двуличными людьми, корчащими из себя непонятно кого, а затем уже в следующую секунду, сбрасывая маску буквально на глазах, лебезящими перед более серьёзными людьми.
Игнат же, усмехнувшись, подошёл к Гордею, и парни обменялись крепким рукопожатием. Силы у обоих было не занимать. И если у Гордея она была явной, внушающей страх и уважение, то у Игната она была, на первый взгляд, больше сокрыта внутренне. Русоволосый весельчак всегда умел поддержать разговор, понять и простить любой проступок, но если узнавал, что им начинают пользоваться… то тому, кто рискнул это сделать, стоило начинать опасаться. Холод умел добиваться уважения также, как и Гордей, не только на словах.
– Действительно, Вова, не расскажешь ли нам, наконец, зачем нас сюда позвали? Давненько не было вестей от босса, – заговорив впервые с того момента, как сюда пришёл, Гордей недовольно окинул взглядом окружающее пространство. Происходящее потихоньку начинало его раздражать. – Да и настолько серьезного раньше тоже не было ничего.
– Змей… не задавай лишних вопросов. Ваша задача: охранять меня, ну а уж дальше я сам как-нибудь разберусь со своей, повторюсь, своей поставленной задачей, которую наш дорогой босс доверил мне!
Ехидство и заносчивость так и сквозили в его голосе. Гордей поморщился.
Змей… Змей…. Змей…
Это прозвище досталось парню не просто так: с самых первых дней, как он оказался в этой компании, проявлял себя как очень хороший, мудрый стратег; хитрый воин и сильный противник, что и послужило основой для такого "имени" в определённых кругах. Многие только так и называли его, забывая, что производное от его имени, Гордей, – гордый. Однако здесь ассоциация идет не конкретно с чешуйчатой рептилией, а с могучим и сильным драконом, коего в народе привыкли называть змеем. И Черников соответствовал не только своему прозвищу, но и являлся прямым отображением своего имени.
Тот самый сундук с двойным дном, о котором лучше никому ничего не знать. Себе дороже обойдётся.
– Что ж, хорошо. Выполняй свою задачу, – кивнул Черников, отступая в сторону на шаг и пропуская вперед Вову. Парень сразу же зашагал прямиком в тёмный переулок и Гордею с Игнатом ничего не оставалось, кроме как последовать за ним.
Прямая обязанность наёмников, коими они и являлись, – выполнять приказ. Что касается ответственности… то её несёт тот, кто отдаёт приказ. Нарушение – наказание. Непреложная истина, которую должны знать все, без исключения.
– Как думаешь, что на этот раз придумал босс? – спросил шепотом Игнат, цепким взглядом наблюдая за тем, как Льдов достаёт из своего маленького рюкзачка, который до этого неприметной тенью всё время болтался на его плече, отмычку. – Насколько помнится мне, раньше до взломов у нас не доходило.
– Да, мне тоже это кажется подозрительным. Слишком подозрительным… – также шепотом ответил Гордей, нащупывая у себя на поясе прикреплённую кобуру с пистолетом, сокрытую от лишних глаз длинными краями кожаной куртки. – Вова, что ты делаешь?
Игнат тоже приготовился в любой момент достать огнестрельное оружие, но пока не стремился действовать и как-то поднимать шум. В это время ветер уже разыгрался не на шутку, пригибая ветви близ стоящих деревьев книзу. Потихоньку начал накрапывать мелкий, но до ужаса противный дождик. В воздухе запахло озоном.
Льдов же тем временем взломал дверь и, видя, что ребята насторожились, поспешил запереться изнутри. Игнат и Гордей кинулись к нему, но наткнулись лишь на плотно закрытую и уже запертую на ключ дверь. Проворно!
Черников от злости пнул деревянную поверхность:
– Какого чёрта здесь происходит?!
– Смотри… – потрясено протянул Игнат, заглянувший вовнутрь через маленькое окошко на стене.
Стоило Гордею прильнуть к стеклу, как его самообладание начало давать трещину. Там, внутри, было просто много, очень много золотых и серебряных украшений, разных камней и прочего. Спустя секунду его мозг прошибло догадкой: это ограбление ювелирного магазина!
Но ведь в их контракте же не было прописано ни ограбление, ни убийство, лишь только охрана назначенного объекта…
«Ну Вова… Ну босс!» – промелькнули отнюдь не добрые мысли в голове у Черникова, и он снова от злости со всей силы пнул запертую дверь. Она лишь жалобно звякнула и на этом всё.
Внутри что-то со звоном упало, разбилось, и уже в следующую секунду по всему тёмному переулку раздалась громкая, противная сирена, давящая на слух с неимоверной силой.