Сидр, государи мои! Яблочный нормандский сидр из тяжелых, потемневших от времени, дубовых кружек! Что можете знать вы об истинном наслаждении, если не пробовали утолять жажду после бани вот так вот, как это делают сейчас герои нашего повествования! Именно отсюда, из Нормандии, сидр начал когда-то свое победное восхождение по всему миру. Так что, потягивая из кружек волшебную жидкость, наши путешественники, можно сказать, припали к самым истокам.
Впрочем, обедать в банях отец Бернар категорически отсоветовал. Нет, готовят здесь вполне прилично. Но все же, местные трапезы ни в какое сравнение не идут с тем, что вам подадут в трактире при приюте Святой Анны, где они, собственно, и остановились. Так что, обедать нужно там, и только там!
Ну, что сказать? Их проводник по местному средневековью опять оказался абсолютно прав! Рябчики, вываренные в молоке, а затем обжаренные в масле и собственном соку, просто таяли во рту. Гарниры из грибных и овощных паштетов, орехов, моченых яблок и лесных ягод полностью соответствовали своему высокому назначению - сопровождать деликатесное мясо на пути к изысканному наслаждению любителей хорошо покушать. Так что, знавший толк в хорошей кухне господин Дрон, не колеблясь, выставил приютскому трактиру все три звезды по Красному гиду Мишлен. И плевать, что издаваться он начнет только через семьсот лет!
Впрочем, спокойно насладиться средневековыми кулинарными изысками господину Дрону не дали. Едва лишь хрупкие косточки первого рябчика отправились в миску для объедков, а депутатская рука потянулась ко второму, как входная дверь распахнулась. Трое небритых, заляпанных глиной по самые уши субъектов ввалилась внутрь. Первый уставшим и злым голосом рявкнул хозяину, чтобы подали всем что-нибудь пожрать и выпить, второй же внимательным и цепким взглядом окинул зал.
Пробежав глазами по лицам посетителей, он вдруг, как бы споткнувшись, вернулся назад и впился хищным взором в физиономии господ попаданцев. Толчок локтем в плечо плюхнувшемуся на лавку предводителю и вот, вся троица уже шагает в их сторону, на ходу вытягивая мечи из ножен.
- Стоять! - Хриплый бас хозяина трактира и так-то не настраивал на легкомысленный лад, а уж, будучи подкрепленным соответствующими аргументами... Первый из аргументов на вид ничем не отличался от уже взведенного арбалета, направленного точно в живот предводителю. Второй лежал рядом на стойке и выглядел точь в точь, как внушительных размеров секира.
- Еще один шаг, и первый получит болт в брюхо! А оставшихся разделаю, как осенних кабанчиков к Рождеству Пресвятой Богородицы. - Аргументы хозяина явно внушали доверие. Ибо троица неизвестных застыла на месте, не пытаясь сделать более ни шагу. - Если у вас есть вопросы к моим гостям, то задавать их будете на улице. Еще не хватало мне здесь после вас порядок наводить!
- Почтенный хозяин, - свистящим от ярости голосом произнес предводитель, указывая глазами на наших героев, - эти двое - воры. Они похитили значительную сумму серебра у нашего господина и скрылись. Все, что мы хотим, это скрутить их и предоставить на его суд.
- Что бы они ни сделали, - хмуро буркнул хозяин, - любой мой гость находится здесь под моей защитой. Если нужно, ждите, когда они покинут дом, и тогда можете делать все, что угодно. 'Что-нибудь пожрать и выпить' вам сейчас подадут.
- Постой, добрый хозяин. - Господин Дрон встал, обращаясь как будто бы только к их неожиданному защитнику. Но одновременно его речь адресовалась и ко всем присутствующим.
Присутствующие, нужно сказать, выглядели по большей части весьма колоритно. Дубленой кожи кирасы с металлическими нашивками, а кое-где и кольчуги, клинки на поясах и отметины на лицах лучше всякой визитной карточки говорили об их принадлежности к воинскому сословию. А явственно читавшийся в глазах интерес к возможной потасовке прекрасно дополнял первое впечатление.
- Стоит ли заставлять этих добрых людей ждать? - Елейному голосу почтенного депутата позавидовал бы любой местный святоша, окажись он вдруг здесь. Отец Бернар, так тот точно позавидовал. Депутат же продолжал витийствовать.
- Сии нечестивцы только что осквернили свои уста ложью. Ни я, ни мой друг никогда в жизни не видели ни их, ни их господина - если он вообще существует на свете. Ложь - страшный грех. И любой добрый христианин просто обязан помочь им как можно быстрее этот грех искупить. Дабы их заблудшие души не заскорузли в беззаконии и предстали перед Создателем чистыми, аки агнцы.
На этом месте господин Дрон соединил ладони перед грудью, воздел очи горе и физиономией изобразил самого прожженного священнослужителя на десяток-другой лье вокруг.
- Думаю, забить им их ложь в глотку, вместе с пядью честной стали, или хотя бы отрезать их лживые языки - будет для этого в самый раз, не правда ли?
Одобрительный гогот и поощрительные выкрики из зала показали, что небольшой спич господина Дрона пришелся по сердцу невзыскательной публике. А и правда, что может быть лучшим дополнением к доброму ужину, чем бесплатное развлечение! Да еще в эти суровые, не избалованные разнообразием зрелищ, времена.
- Я вижу, добрые господа в доспехах и при оружии, - продолжил тем временем Сергей Сергеевич свою репризу. - Думаю, и мне следует для беседы о спасении души приодеться. Да и клинок выбрать чуть длиннее, чем эта зубочистка на поясе. Надеюсь, вы дождетесь меня здесь? Э-э-э... мессиры, - теперь почтенный депутат обращался уже снова к залу, - будет очень печально, если в то время, пока я переодеваюсь, эти господа вздумают покинуть наше общество - погрязнув тем самым навечно в пучине греха и беззакония. Не присмотрите ли вы за ними, пока я вернусь?
- Ступай добрый господин, - заржал один из гостей, передвигаясь поближе к входной двери. За ним, чуть не приплясывая от предвкушаемого развлечения, двинулись еще несколько. - Эти грешники дождутся тебя.
- Послушайте, Сергей Сергеевич, - почтенный историк метался по комнате и явно трусил, глядя на вздевающего доспех Капитана, - ну зачем вам ввязываться в это средневековое варварство? Драться мечами, да еще одному против троих! Не лучше ли спокойно оставаться под защитой любезного хозяина, послав тем временем отца Бернара за сэром Томасом? Для чего еще и существует вооруженный эскорт, как не для таких вот случаев? Неужели вам так уж хочется поучаствовать в кабацкой драке?
- Ты что, Доцент, - буркнул господин Дрон, пристегивая защитную юбку к кирасе, - ничего не понял? Парни явно с дороги, причем уже не первый день. Сюда заехали пожрать и переночевать. Но, увидев нас, встрепенулись, как ошпаренные. И сразу попытались наехать. Мы их ни разу не видели. Они нас, судя по тому, что не сразу узнали - тоже. Значит, что?
- Что?
- Значит, определили нас по описанию. Которое кто-то составил и им дал. Но ехали они не специально сюда за нами. Посмотри на их заморенные морды, они уже не меньше недели в пути. С нами столкнулись случайно - это и по всему их поведению видно было. То есть, что?
- Что? - вновь эхом откликнулся ничего не понимающий господин Гольдберг.
- То есть, это поисковая группа, зачем-то давненько рыскающая по округе, ищущая не нас, но при этом имеющая и наше описание. Не удивлюсь, если их главной целью был гонец, отправленный к Ричарду комендантом Шато-Гайара. А мы - так, вишенкой на торте. Ты что думаешь, эта группа здесь одна? Кто-то явно уже озаботился нашим существованием в этом мире. И очень хотел бы его как-то прекратить. Да запрись мы сейчас в трактире, эти свинтят отсюда через минуту. А, спустя пару часов, тут таких групп десяток будет. Пошлют за подмогой - и привет! А вот если мы их сейчас тихонечко зарежем, то, глядишь, какое-то время сможем еще путешествовать без слишком навязчивого внимания.
Говоря все это, господин Дрон сноровисто защелкивал на себе детали стального конструктора. Горжета, шлем, латные перчатки - все. Цвайхандер на плечо, и закованная в металл фигура вышла из комнаты. Проход через зал сопровождался потрясенным молчанием. Все же для конца двенадцатого века, когда кольчуга двойного плетения представляла собой вершину технической мысли в области защитных вооружений, высокая готика должна была смотреться как нечто совершенно невообразимое.