Она перевела взгляд на склон горы и увидела, как на верхних ярусах дорожки мелькнули ее муж, сын и дочь.
— Мы заберем тебя отсюда, крошка, — ласково отводя длинные мокрые волосы с лица девочки, сказала она, — И узнаем, кто вчера мог потерять тебя. Мы найдем твою семью. У нас редко происходят такие случаи, ведь дети — главное богатство на Синтери. Ни один родитель не захочет потерять своего малыша.
Глава 6 Нижний мир
Глава 6
Нижний мир
Молодая женщина, стоявшая на верхнем этаже у открытого оконного проема и наблюдавшая за странной встречей внизу, на аллее у Храма Суда, вздохнула и отвернулась. То, что она наблюдала, для нее давно не было тайной или неожиданностью. Этого стоило ожидать. К сожалению.
В огромной и светлой комнате на самом верхнем этаже наиболее высокого здания в Смертной Обители, именованного Домом Судьбы, было шесть представительниц женского пола. И сейчас две красивых и похожих друг на друга пары глаз взирали на посетительницу с нетерпением и безмолвным вопросом. Но старшая обладательница не обладала безграничным терпением, если дело касалось ее близких.
— Почему ты сейчас здесь, Алестра, а не в Храме? Разве ты теперь не участвуешь в заседаниях? — требовательно поинтересовалась она, — С какой целью ты нас сюда созвала?
Старшая дама, Мерта, богиня Смерти, Умиротворения, Забвения и прочая, мать Танатоса, богинь Судьбы, деймосов и других богинь и богов Нижнего мира, обычно производила впечатление очень умиротворённой, довольной жизнью, спокойной и даже безмятежной.
Высокая, темноглазая и темноволосая, чуть-чуть полноватая и уютная на вид. В отличии от своих младших сестер, богинь Верхнего мира, предпочитавшими выглядеть юными, едва ли не моложе своих детей, Мерта представала привлекательной женщиной среднего возраста. Такой, как и полагалось быть носительнице Смерти. Казалось, она передала все свои обязательства и успокоилась.
Сейчас любой мог убедиться, что это не так. Она не передала, не безмятежна и до сих пор держит руку на пульсе подотчетных ей миров. Доверяла своим подчинённым, заместителям, но не утратила ни желания заниматься любимым делом, ни способностей и интереса к этому.
Дело касалось ее старшего сына, Танатоса. Она и сама замечала, что он все больше отдаляется от семьи, с головой окунаясь в свою работу. На ее вопросы он отвечал спокойно и уверенно. Производил впечатление довольным жизнью, а потому она не вмешивалась. Не заговаривала с мужем или другими сыновьями, но, очевидно, этот вопрос назрел.
— Потому что я не понимаю, что с ним происходит, но вижу, что необходимо вмешаться. Я не говорю, что он делает что-то не так. О Боги, нет, — Алестра вскинула красивые руки и изобразила какие-то движения, проявив совершенно для нее нехарактерное поведение, — К нам постоянно приводят преступников. Все его решения по сути справедливы. Раньше он часто не уничтожал души, давая им шанс исправиться и переродиться. Только в какой-то момент эти обязанности стали частью его натуры. Я так вижу это…
Алестра быстро ходила вдоль огромных окон, быстро и беспорядочно выкладывая наболевшее и неоднократно обдуманное:
— Я его очень люблю, но уже давно перестала понимать. Поскольку я ближе всех, то часто вижу и нахожусь рядом и могу сравнить поведение сейчас с тем, что было раньше. И сравнения эти неутешительны, — горько вздохнула девушка, поникнув на мгновение, чтобы потом вновь выпрямиться и горделиво вскинуть голову.
— Я не стала докладывать, — продолжила она и показала рукой вверх, намекая на начальство, — но считаю, что необходимо присмотреться. Возможно, я ошибаюсь…
— Вряд ли, — твердо сказала Мерта, заметно погрустнев, — у тебя прекрасная интуиция, Алестра. Ты — наблюдательна, справедлива и беспристрастна. Иначе не была бы богиней правосудия. Хотя я не понимаю, что могло произойти с моим сыном…
Девушка, сидевшая рядом, осторожно протянула узкую ладонь с длинными пальцами и коснулась ее руки. Мерта в ответ успокаивающе кивнула и сказала:
— Я держу себя в руках, Лета. Но вся эта ситуация меня тревожит.
Названная Летой мимолетно улыбнулась, пристально глядя на Алестру и поинтересовалась:
— В чем заключается то странное, что ты заметила, Алестра?