Эти непримиримые безумцы отвергали любую помощь общества: они не использовали покрывала из фольги, чтобы не попадать в лучи фар проезжающих мимо машин, и предпочитали теплый асфальт кафельному полу ночлежек.
У Камиллы дергалось лицо.
К горлу подступали горькие воспоминания…
Интересно, кто он, этот ее призрак? Такой молодой… А собака? Черт знает что… Он же никуда не может сунуться из-за пса! Она должна была с ним поговорить, предупредить о злобном добермане охранника, поинтересоваться, не голоден ли он… Да нет, ему требовалась не еда, а доза… А дворняга когда в последний раз получала порцию сухого корма? Камилла вздохнула. Кретинка… Беспокоиться о кобеле, когда половина человечества мечтает о месте на вентиляционном люке, — верх идиотизма… Давай ложись спать, тетка, мне за тебя стыдно. Да что с тобой такое? Гасишь свет, чтобы не видеть его, а потом мерзнешь на заднем сиденье шикарной тачки, кусая кружевной платочек из-за угрызений совести…
Пора в постельку…
Квартира была пуста. Камилла нашла какую-то бутылку, выпила, сколько смогла, с закрытыми глазами добрела до постели и вскочила среди ночи.
Камилла стояла перед табло, сунув руки в карманы, и, подпрыгивая от нетерпения, пыталась разобраться в расписании.
— Поезд из Нанта, — сообщил знакомый голос у нее за спиной. — Прибывает на 9-й путь в 20.35. Ожидаемое опоздание — 15 минут… Как обычно…
— Надо же, ты здесь?
— Как видишь… — кивнул Франк. — Пришел подержать свечку… Смотрю, ты красоту навела! Что это? Помада? Или я ошибаюсь?
Она спрятала улыбку в дырки своего шарфа.
— Глупый ты…
— Не глупый, а ревнивый. Для меня ты губы никогда не красишь…
— Это не помада, а блеск для растрескавшихся губ…
— Обманщица. Ну-ка покажи…
— Ни за что. Ты все еще в отпуске?
— Заступаю на вахту завтра вечером…
— Как твоя бабушка?
— В порядке.
— Ты отдал ей мой подарок?
— Да.
— И что?
— Сказала, что ты наверняка втюрилась в меня по уши, раз сумела так здорово нарисовать…
— Ну…
— Выпьем что-нибудь?
— Нет. Я просидела взаперти весь день… Сяду вот там и буду смотреть на людей…
— Можно поскучать вместе с тобой?
Они втиснулись на скамейку между газетным киоском и компостером и принялись наблюдать Великий круговорот обезумевших пассажиров.
— Давай! Беги, парень! Беги! Хоп… Слишком позднааа…
— Евро захотел? Нет. Разве что сигарету…
— Можешь объяснить, почему это самые корявые девки всегда носят джинсы с заниженной талией? Никак я этого понять не могу…
— Евро? Эй, да ты минуту назад ко мне подгребал, старик!
— Ты погляди, какая классная бабка в чепце! У тебя блокнот с собой? Нет? Жалко… А этот? До чего радуется встрече с женой…
— Тут дело темное, — не согласилась Камилла, — она вряд ли жена, скорее всего любовница…
— Почему это?
— Мужик является на вокзал с чемоданчиком, кидается к бабе в роскошной шубке и начинает целовать ее в шею… Так что ты уж мне поверь: что-то здесь нечисто…
— Да ну… Может, она его жена…
— Брось! Его жена сейчас в Кемпере, укладывает спать малышей! Зато вот эти — точно супруги… — Камилла хихикнула, кивнув на самозабвенно ругавшихся мужчину и женщину.
Он покачал головой.
— Какая же ты злюка…
— А ты слишком сентиментальный…
Мимо них просеменила очень странная парочка, старик и старушка, совсем старенькие и сгорбленные, — они нежно держались за руки. Франк пихнул Камиллу локтем:
— Вот!
— Снимаю шляпу…
— Обожаю вокзалы.
— Я тоже, — ответила Камилла.
— Когда попадаешь в незнакомое место совсем не обязательно устраивать экскурсии: сходи на рынок да на вокзал — и все поймешь…
— Совершенно с тобой согласна… А ты где-нибудь был?
— Нигде…
— Что, ни разу не уезжал из Франции?
— Провел два месяца в Швеции… Работал поваром в посольстве… Но дело было зимой, и я ничего не видел. Да и с выпивкой там засада — ни баров, ничего…
— Ясно… А вокзал? И рынки?
— Говорю тебе — я работал…
— Интересно было? Чему ты смеешься?
— Да так…
— Расскажи мне.
— Нет.
— Почему?
— Потому…
— Ага! Значит, здесь замешана женщина…
— Нет.
— Заливаешь, я вижу… По носу вижу: когда ты врешь, он у тебя вытягивается…
— Ладно, может, пошлепаем? — он попытался перевести разговор на другую тему.
— Сначала расскажи…
— Ну чего пристала… Про эти глупости и вспоминать-то не стоит…