Когда Франк вернулся на перерыв, в квартире все было перевернуто вверх дном, но Камилла и Филибер отсутствовали.
— Это что еще за бардак?
Он проснулся около пяти. Камилла возилась с лампой.
— Что здесь происходит?
— Я переезжаю…
— Куда? — он побледнел.
— Вот туда, — она ткнула пальцем в гору переломанной мебели и ковер из мертвых мух на полу. — Представляю тебе мою новую мастерскую…
— Здесь?!
— Да!
— А твоя работа?
— Будет видно…
— А Филу?
— О… Филу…
— Что?
— Он в преддверии…
— А?
— Со временем ты все узнаешь…
— Помощь нужна?
— Еще как!
Дело пошло гораздо быстрее. Франк за час перетащил всю рухлядь в соседнюю комнату — окна в ней забраковали из-за «никуда не годных косяков»…
Камилла воспользовалась моментом передышки — он пил холодное пиво, оценивая объем проделанной работы, — и дала последний залп:
— В следующий понедельник, в обед, я хотела бы отпраздновать свой день рождения с тобой и Филибером…
— Э… Ты не хочешь перенести на вечер?
— Зачем?
— Ты же знаешь… По понедельникам я хожу «в наряд»…
— Конечно, извини, я неудачно выразилась: в следующий понедельник, в обед, я хочу отпраздновать свой день рождения с Филибером, тобой и Полеттой.
— Там? В богадельне?
— Боже упаси! Надеюсь, ты сумеешь приискать для нас симпатичный ресторанчик!
— А как мы туда доберемся?
— Можно взять машину напрокат…
Он молча размышлял, допивая пиво.
— Ладно, — он отставил бутылку. — Одно плохо — потом-то я снова стану приезжать один, и она будет разочарована…
— Вполне вероятно…
— Знаешь, ты не обязана делать это для нее.
— Я делаю это для себя.
— Хорошо… Насчет машины не волнуйся… Один мой приятель будет счастлив махнуться на мой мотоцикл… Какая же дрянь эти мухи…
— Я ждала, когда ты проснешься, чтобы пропылесосить…
— У тебя все в порядке?
— Да. Ты его видел, твоего Ральфа Лорена?
— Нет.
— Она пеелестна, малинькая собатька, она очень довольная…
— Сколько тебе исполняется?
— Двадцать семь, а что?
— Где ты была раньше?
— О чем ты?
— До этой квартиры?
— Наверху, ты же знаешь!
— А до того?
— Сейчас на это нет времени… Как-нибудь, когда будешь ночевать дома, я тебе расскажу…
— Ты обещаешь, а потом…
— Не злись, я теперь лучше себя чувствую… И расскажу тебе назидательную историю о жизни Камиллы Фок…
— Что означает слово «назидательная»?
— Хороший вопрос… Назидательная значит поучительная, но я шучу.
— То есть?
Проще говоря, это будет история о доме, который рухнул…
— Как Пизанская башня?
— Точно!
— Черт, опасно жить с интеллектуалкой…
— Да совсем наоборот! Это очччень приятно!
— Нет, опасно… Жутко рискованно. Я все время боюсь сделать орфографическую ошибку… Что ты ела в двенадцать?
— Сэндвич, с Филу… Но я видела, ты поставил что-то в духовку, и немедленно это съем… Спасибо… Ужасно вкусно.
— Да не за что. Я пошел…
— У тебя все хорошо?
— Устал…
— Так поспи! Поспи!
— Да я сплю, но… Ладно… Пошел.
— Надо же… Пятнадцать лет носу не казал, а теперь заявляешься чуть ли не каждый день!
— Привет, Одетта.
Они расцеловались.
— Пришла?
— Пока нет…
— Ну и ладно, мы пока устроимся… Это мои друзья: Камилла…
— Добрый день.
— …и Филибер.
— Счастлива познакомиться. У вас очарова…
— Ладно-ладно, потом закончишь свои реверансы…
— Какой ты нервный!
— Ничего я не нервный — просто есть хочу. Ага, вот и она…
— Привет, бабуля, здравствуйте, Ивонна. Выпьете с нами?
— Здравствуй, мальчик. Пить не буду, спасибо, меня ждут дома. Когда мне за ней приехать?
— Мы сами ее отвезем…
— Но не очень поздно, хорошо? В прошлый раз мне сделали выговор… Она должна быть на месте до половины шестого, иначе…
— Да-да, Ивонна, хорошо, я все понял. Привет вашим…
Франк присвистнул.
— Итак, бабуля, давай я тебя познакомлю: Филибер…
— Мое почтение…
Он наклонился и поцеловал Полетте руку.
— Так, садимся. Нет-нет, Одетта! Никакого меню! Положимся на фантазию шефа!
— Аперитив?
— Шампанского! — решил Филибер и спросил, поворачиваясь к соседке по столу:
— Вы любите шампанское, мадам?
— Да, конечно… — Полетта была смущена его великосветскими манерами.
— Вот вам шкварочки, погрызите пока…