Дальше, за следующим поворотом, около входа в небольшое кафе двое мужчин со знанием дела пинали ногами третьего, лежащего на дороге у тротуара, и тщетно пытающегося закрыться руками. Я качнул машину в сторону, чтобы не задеть их, они на меня даже не глянули. Зато за следующим поворотом проезжая часть улицы была перекрыта – наискосок стоял почти новый грузовик с пустым кузовом, прижав своим бампером маленький красный VW, явно пытавшийся проскочить мимо, к зданию справа от нас.
– Держитесь! – я громко скомандовал то ли себе, то ли всем, и взял сильно левее, запрыгивая левой стороной машины на бордюр тротуара, пытаясь обойти грузовик. Скорость пришлось скинуть, чтобы не остаться так же, как фольксваген, организовав полную баррикаду.
Из-за грузовика выскочили двое, ко мне, на меня, черт! Сердце стукнуло ровно один раз, гулко, я вжал чуть сильнее газ в пол, и первый падает нам на капот, потом кувыркаясь летит спиной на лобовое стекло, оставляя на нем моментально несколько длинных трещин, и перелетает с грохотом через крышу, падая за машиной на тротуар. Второго отбрасывает вправо, обратно за грузовик, мимо которого я уже проезжаю. Миновав затор, я краем глаза успеваю заметить, что в машину кто-то что-то кидает – удар, звон стекла, крикнули все в машине, я чуть ли не громче всех, но мы уже спрыгиваем всеми колесами обратно на дорогу, и начинаем разгоняться. Бросили чем-то тяжелым, вроде камня, попали в боковое заднее стекло, но не выбили его, только разбили достаточно сильно – сеть трещин такая, что через окно вряд ли что-то видно сейчас. У Бернхарда по скуле несильно течет кровь – видно, какой-то осколок всё же вылетел. Черт, надо за дорогой смотреть, а не вокруг – впереди на левой полосе еще несколько машин, из одной из которых водителя явно пытаются вытащить через разбитое лобовое стекло двое: один забрался на капот машины, второй стоит посреди дороги, у водительской дверцы. Я уже на адреналине, или на азарте, не поймешь. Моя ни в чем не повинная, но пострадавшая машина добавила мне злости – как бы это глупо не звучало. Наверное, это и есть пресловутая последняя капля, переполняющая чашу. Хаос вокруг меня вдруг перерос в хаос внутри меня, и я кручу руль специально чуть левее, проезжая мимо машин на дороге – так, чтобы левым боком задеть того, кто так увлеченно тащит женщину частично за куртку, частично за волосы из-за руля её автомобиля. Прижимаю его к той машине, возле которой он стоит, беру еще чуть левее, того раскручивает на месте лицом ко мне, он отпускает жертву, ударяется всем фасадом об мою дверь и крышу нашей машины, срывая мне боковое зеркало, и уже я проехал мимо, позволяя телу упасть сзади на асфальт. Нормально, хоть и не смертельно, наверное. Злость сейчас здорово перебивает страх; злость и непонятный азарт. Думать буду потом.
Пробиваемся дальше через городок, везде люди, много людей! Откуда? Вопрос успевает возникнуть, но отвечать на него нет времени. Уворачиваюсь от очередной парочки метнувшихся на меня тел, одного чуть дальше сам уже пытаюсь ударить правым бортом, но не попадаю, просто проскакиваю мимо – жаль! Пара плавных поворотов, а вот уже и выезд из города, заправка, на которой магазинчик с разбитыми стеклами и несколько брошенных машин с открытыми дверями – тут никого, но я уже сыт приключениями, останавливаться тут не будем, спасибо. Набираю скорость по прямой, и влетаю на “двойку”. Полоса разгона плавная, потому можно ехать быстро.
Двойка на удивление пуста, но в зеркало заднего вида я вижу вдалеке затор из машин в сторону поднимающихся в небо столбов дыма. Ага, вот и пробка из тех, кто хотел проехать отсюда дальше, в сторону Мюнхена. Очаг пожара отсюда не виден, он чуть правее и сильно сзади, за поворотом, но очевидно, что дорогу перегородило конкретно. Думаю, что люди из машин в заторе убегали от всего творящегося, и становится в общем-то понятно, почему в Крюне так многолюдно. На секунду задумываюсь о том, что было бы, будь затор впереди Крюна и соответственно впереди нас по шоссе, и вот сейчас становится страшно.
– Все живы? – это Аня нарушает наше молчание, она выглядит спокойнее меня, хотя в городке держалась за ручку аж двумя руками.
– Бернхард, вы в порядке? – это уже я. Замечаю, что мужчина сзади держится рукой за правую пораненую щеку, мальчик с виду невредим, хотя сильно испуган