— Господин барон, какая сумма, примерно, нужна на приличные столовые приборы? Учтите, нам не к лицу заводить фамильное столовое серебро, нужны обычные вилки, ножи, ложки. Ну, возможно еще супница и половник. И чайный сервиз. Спаси Единый, где я на всё это прислугу возьму?
— Если вы доверяете моему суждению, фру Елина, то я бы рекомендовал вам нанять хорошую горничную в городе. Или лакея. Пожалуй, лакей — предпочтительнее. Всё же основной ученик у меня — юноша. О цене на посуду я вам ничего не смогу сказать — мне не приходилось сталкиваться с этим вопросом. Возможно, вам стоит выбрать время и съездить в город со мной?
— Боюсь, что у меня нет выбора. Послезавтра вам будет удобно?
— Вполне.
— Скажите, нужны ли нам какие-то книги для учёбы?
— Было бы очень желательно приобрести несколько учебников. Я знаю, кто в Варусе имеет и готов продать такие.
— Договорились.
Из города Елина не привезла денег.
Из города привезли сервиз обеденный на десять человек и, такого же размера — чайный. Столовые приборы, скатерть, ещё одну кровать, купили, какая нашлась готовая, и Крея — бывшего ординарца барона.
Комната Гантея напоминала общежитие гастрабайтеров.
Спаси Единый, но летом нас снова ожидает стройка!
Глава 35
Правила этикета в этом мире были значительно проще, что Елину бесконечно радовало. Мысль о том, что пришлось бы заставлять всех держать вилку левой рукой вызывала ужас. И так без конфликтов не обошлось. Вара и Морна были терпеливы. Вара потел, кряхтел, но кое-как справлялся. А вот Гантея страшно бесило, что нельзя взять курицу в руки, и спокойно съесть. Что нужно пользоваться вилками. Что нужно пользоваться салфетками. Что баронет ест себе спокойно и никто его не трогает, а ему вечно достаются менторские объяснения учителя. Особенно бесил баронет. Приехал такой, весь из себя, носятся с ним, как с писаной торбой. И имя у него дурацкое, где это видано, что бы нормального человека звали Санчо. Елька вон время на него тратит, всё что-то рассказывает и показывает, ещё бы рецепт мастики секретный разболтала, все бабы дуры.
Примерно это он однажды и высказал на повышенных тонах, предварительно кинув салфетку на пол и схватив в руки кусок курицы. Давясь злыми слезами объявил — Вам надо, вы все и учитесь, а мне и так хорошо. Юный баронет при этом, кстати, ехидно ухмылялся. И, не удержавшись, показал язык Гантею.
Барон отреагировал просто молниеносно. Встав из за стола он железным голосом скомандовал:
— Сударь, сударыни, приношу вам свои извинения за эту недостойную сцену! Вы, оба — за мной.
И оба мальчишки встали и вышли. Как заиньки.
Морна сидела расстроенная. Вара растерялся — с таким он не сталкивался.
— Дак, эта, понятно, не сразу получится. Завсегда, эта, учится приходится. Чего же так то, эта?
А вот Елина испугалась. Как-то вот не очень она себе представляла что именно советует в таких случая местная педагогическая система. А если барон их сейчас выпорет? Или одного Гантея? Парень ведь просто из дома сбежит. Она подскочила и попыталась побежать за ними, но дорогу преградил Крей. Он всегда во время трапез стоял за спиной барона и обслуживал всех за столом. Ел он отдельно, вместе с Ганой, которая теперь приходила ежедневно на весь день, прибавилось посуды, стирки и прочего. Существенно прибавилась и зарплата.
Крей просто встал в дверях.
— Прошу сесть, фру Елина. Уверяю вас, господин барон вполне справится.
Устраивать скандал и толкаться Елина не стала, но мысли были очень разные, на душе скреблись кошки. «Выпорет — уволю к чертовой матери. Феодал недобитый!»
Доедать никто не стал. Сегодня у поросят будет роскошный ужин.
Троица вернулась через час. Все мокрые, замерзшие, мальчишки грязные. У Гантея разбит нос и опухла губа, у баронета — наливается роскошный синяк под глазом.
Елина ахнула.
— Вы били детей?
— Попрошу не оскорблять меня такими подозрениями. Крей, будь любезен, проследи, что бы молодые господа помылись и переоделись. Фру Елина, нам нужно поговорить. В вашей мастерской — будет удобно?
— Прошу вас.