Кирпичная ограда высотой метра в три, тяжёлые, окованные металлом ворота и калитка неподалёку, в которую и позвонил 'бобби', дёрнув за шнур.
- Сейчас, сейчас! - Отозвался голос и послышались шаркающие шаги.
- Констебль Болдуин, - расплылся в льстивой улыбке неприятного вида крепкий мужчина в некоем подобии сюртука, лоснящегося от грязи, - всегда рады вас видеть.
- Джим, - снисходительно кивнул ему полицейский, - постоялец вам новый. С придурью малый, так что вы с ним построже, он на голову слаб, похоже. И давай, мисс Гортензию позови.
Привратник закивал и весьма бодро зашаркал к одному из зданий. Алекс с тоской огляделся и понял, что попал... трёхэтажные здания крепко напомнили ему зону, в которой он был один раз, навещая двоюродного брата. Схожесть была не столько в архитектуре, сколько в некоей общей идее. А ещё - лицах людей. Парень сглотнул нервно... пожалуй, такой безнадёги он и на зоне не встречал.
- Двигай! - Болдуин подтолкнул его в спину дубинкой, навстречу вышедшей из главного здания высокой, дородной женщины сильно за тридцать. Рядом с ней семенил привратник, который пальцем тыкал в Алекса и что-то быстро говорил, угодливо хихикая и зачем-то пригнувшись.
Мисс Гортензия, оказавшаяся бесцветной дамой с лошадиной оплывшей физиономией, мельком оглядела бывшего студента и тот почувствовал себя лежащим на анатомическом столе. В этом мимолётном взгляде была Власть почти абсолютная, а ещё - нотки садизма и фанатичности.
Трое крепких надзирателей с дубинками в руках, отвели Алекса мыться. Холодный душ в бетонированном помещении окончательно выморозил парня, но возможности вымыться он тем не менее обрадовался. Пусть даже мыться пришлось под взглядами надзирателей...
- Двигай, - невысокий, но крепкий надзиратель, дивным образом похожий на орангутанга, ударом дубинки прервал попытку парня одеться, - там.
Оказалось, что в предбаннике его ждала новая одежда - полосатая, как в старых американских фильмах о преступниках. К ней прилагалась разбитая обувь.
Парень окончательно затосковал, побег (как только заживут ноги) становился всё более проблематичным, в такой одежде далеко не уйдёшь.
Дав ему одеть штаны и обуться, 'орангутанг' ловко вывернул ему руку, заставляя нагнуться. Алекс принялся бешено лягаться...
- Содомиты! Лучше сдохнуть!
... но реальность была несколько другой, его просто... высекли.
- Для профилактика, дурачок, - сказал ему один из развеселившихся сопротивлением надзирателей, - чтоб понял, куда попал.
А потом был карцер - обычная каменная комната с деревянными нарами, маленьким зарешеченным окошком и вонючим ведром с крышкой. Сырые стены покрыты плесенью, но это не удивило Алекса, плесень в трущобах была повсюду. А вот то, что одна из стен была явственно холоднее других... Это скверно, очень похоже на то, что за стеной ледник.
- Прохладненько, - вслух сказал парень, всё ещё озябший после холодного душа. Недолго думая, он начал отжиматься от топчана, но не до пота, а ровно настолько, чтоб согреться. Пяток отжиманий... перерыв... потом приседания... Делать упражнения было не так-то легко, болела спина, исполосованная ударами хлыста. Крови на ней не выступило, но рубцы ощутимо опухли и прямо-таки горели.
Согревшись, он погрузился в апатию, вспоминая прошлое. Как он себя сейчас корил.. за всё! За поездку в Англию, за поступление в этот чёртов ВУЗ...
- Работал бы слесарем где, горя не знал, - подвывал попаданец, - медицина... Пусть даже частично платная, но есть. Отопление, канализация, водопровод... с голоду захочешь, не помрёшь...
Окончательно погрузиться в пучины отчаяния ему не дал холод. Необходимость время от времени заниматься физическими упражнениями спасала от депрессии.
Несколько часов спустя появился ещё один повод для волнения - ему так и не принесли еды. И воды... Не то чтобы сильно хотелось пить, в сырой камере это проблема не стояла остро... Но сам факт настораживал.
Осторожно постучавшись в массивную дверь, Алекс начал осторожно звать надзирателей.
- Парни... парни... как вас там... воды бы мне...
Отклика не было и он отошёл. Несколько часов спустя стемнело, но воды так и не было. Долбиться в дверь... нет, учёный уже, если тут для профилактики секут... что тогда будет, если он долбиться начнёт?
Ночь была почти бессонной - холод, жажда и болевшая спина вместе с волнениями мешали забыться. Только-только он проваливался тяжёлый сон... как либо неловко поворачивался и просыпался от боли в спине, либо снился кошмар с надзирателем-орангутангом, приближающемся то с хлыстом, то с расстёгнутыми штанами...
Наступило утро, но никаких изменений не было, Алекса будто забыли в карцере. Есть особо не хотелось, а вот жажда мучила всё сильней, да и спина болела сильно. Парня лихорадило, но он сам этого не замечал, проваливаясь в различные планы побегов, выстраиваемых мысленно. Планы были в большинстве своём совершенно идиотские, начиная от 'кальки' с боевиков, где он прорывался с боем, ломая всем хребты, либо излишне 'долгоиграющие', со сложной интригой.
***
- Меня зовут мистер Салливан, - говорил стоящий перед Алексом мужчина лет сорока, в одежде, претендующей на 'почти средний класс', с хлыстом в руках, - и для тебя, тупой бродяга, главный. Понял?
- Да, мистер Салливан, - пробормотал Алекс пересохшими губами, не поднимая глаз.
Затем попаданца отвели в церковь, где он присоединился к группе мужчин. Пастор упоённо вещал о вечных муках и грехе. По его словам выходило, что находящиеся здесь бродяги, калеки и старики прямо-таки исчадия ада. А работный дом - это Божья милость, незаслуженно посланная им через благочестивых прихожан.
Мужчины послушно произносили слова молитвы, не пытаясь переговариваться или переглядываться с соседями с соседями. И эта покорность необыкновенно напугала парня.
Глава третья
- Шевелись, Смит, - дребезжащим тенорком сказал Джонас, и парень сцепил зубы. Слова были сказаны не для него, а для приближающегося надзирателя. Дескать, я вот работаю, мистер... Алекс всех тормозит.
Такие вот мелкие подлости были в работном доме нормой, народ здесь собрался в большинстве своём трущобный, да ещё и крепко побитый жизнью. 'Умри ты сегодня, а я завтра' было прямо-таки жизненным кредо аборигенов. Ну а у кого подлости не было, те быстро её приобретали.
Были и исключения, но нечастые, да и... религиозные фанатики, постоянно шепчущие или выкрикивающие молитвы, тоже не подарок. К нескольким товарищам по несчастью, казавшимися относительно порядочными Алекс присматривался, но с дружбой лезть не спешил.
- Ленишься? - Прошипел голос надзирателя, обдав парня смрадным дыханием, - смотри...
Привычная уже волна страха прошла по спине и он начал быстрее перекидывать кости в барабан. Более-менее крепкие мужчины в работном доме занимались именно этим, перемалывая кости крупного рогатого скота в костную муку.
Работа не слишком тяжёлая физически, но очень травматичная, многие кости были сколоты и порезаться или уколоться слишком легко. А поскольку кости не свежие... в общем, бывший студент уже мог 'похвастаться' руками, покрытыми многочисленными подгнившими ранками.