Зачем? Зачем все это портить?
— Не нужно мне ничего объяснять, — говорю я и снова поворачиваюсь к двери.
Но папа кладет руку на мое плечо.
— Пожалуйста. Быть может ты не поймешь, но выслушай.
Да, я скорее всего не пойму. По простой причине отсутствия опыта. До Энтони у меня ничего серьезного не было, да и наши отношения длились не так уж и долго. У моих же родителей целая жизнь. Я не пойму и не собираюсь. Я просто знаю и уверена в том, что они поступили подло.
Тем не менее я снова поворачиваюсь и молча жду.
— Этот дом, — начинает папа, присев на подлокотник дивана. — Я просто заехал поговорить. Нам с твоей мамой всегда есть, о чем поговорить. Прежде всего, о вас. И этот дом, — снова повторяет он. — Мы потерялись в воспоминаниях, это так сложно объяснить. У нас была семья, Эйви. У нас есть вы с Ноэлем. — Я люблю Хелен, — продолжает папа, понизив голос. — Очень люблю. И Ноя, и вас. То, чего ты стала свидетелем неправильно, я понимаю, но мы позволили себе съехать с рельс. Боже, Эйви я не знаю, как еще это объяснить. Порой мы осознано идем на то, о чем пожалеем. Совершаем ошибки, прекрасно зная какими будут последствия.
Эти слова что-то задевают во мне. Пульс становится учащенным. Я поднимаю голову и смотрю на стоящую на лестнице маму. Злость никуда не исчезла, и она по большей части направлена именно на нее.
— Ты о нем говорила вчера? — интересуюсь я. — О папе? Он любит Хелен.
Она вытирает слезы и качает головой.
— Я знаю, милая. Но я говорил не о нем.
Тогда как они могли, если уже давно любят других людей? Если между ними давно все погасло, что могло это разжечь на один раз? Это дом и воспоминания в нем? Не могу понять. Я не могу этого понять.
— Возможно, ты поймешь позже, — словно читая мои мысли, продолжает папа. — Когда станешь взрослее и у тебя появится собственная семья.
Наверное, он прав. Проблемы и их осознание будут расти по мере взросления. Это сейчас мне кажется все ужасным, но в будущем возможно, я над этим посмеюсь. Хотя вряд ли это будет казаться смешным и через десятки лет.
Но пока я не понимаю и не готова понять их поступок.
— Надеюсь, этого не повторится, — говорю я.
Это звучит немного странно. Но и ситуация такая же.
— Нет, — говорит мама, спустившись. — Милая, это было…
Я морщусь.
— Один раз и больше не повторится. Виноват дом и все такое. Больше не хочу слушать. Не могу. Вы не обязаны перед мной так распинаться.
Они молчат. Папа смотрит на меня умоляющими глазами. Он просит меня не говорить Хелен. Но разве я когда-нибудь с ней откровенничала?
— Я постараюсь об этом забыть не ради вас, — наконец говорю я. — Никто такого не заслуживает.
— Эйви! — зовет меня мама, когда я в очередной раз разворачиваюсь к двери.
— Удачной поездки, мама и с Рождеством.
Я выхожу на улицу, хлопнув дверью. Замерев на крыльце, засовываю руки в карманы и смотрю на пустое поле впереди. Коробка уже залита и сейчас пустует. Не нужно было приезжать сюда так рано. Хотя это бы ничего не изменило. Разве что я бы сейчас не злилась на маму. Но теперь я не знаю, когда с ней снова заговорю.
ГЛАВА ПЯТНАДЦАТАЯ
Энтони
В понедельник после урока я догоняю Бретта в коридоре.
— Йоу, чувак, — бормочет он.
Я фыркаю.
— Йоу. Слушай, хотел спросить кое-что.
— Для тебя все, что угодно, рыжий.
Я скептически выгибаю бровь.
— Мне кажется, или ты впервые обратил внимание на то, что я рыжий?
Бретт присматривается ко мне и начинает смеяться.
— Ага, недавно заметил.
Я подталкиваю его плечом.
— Так вот, я хотел узнать по поводу твоей работы на ресурфейсере в прошлом году.
— А-а, и что ты хотел узнать?
— Как бы мне туда пролезть?
— Ты хочешь водить ледовый комбайн? — усмехается Бретт. — Или деньги нужны.
Не то и не другое на самом деле. Мне нужно чем-то себя занять. И личные деньги не будут лишними. Мои родители хорошо зарабатывают, но они никогда не хвастались этим не давали мне повода сорить деньгами. Я разносил газеты, когда мне было четырнадцать, и еще подрабатывал в автосалоне у мистера Миллера, который и научил меня собирать тачки. Я не зарабатывал собственные деньги с того времени, как мы переехали в Британскую Колумбию. Признаюсь, я полагал, что в таком городишке мало что найдется. Но если поискать, найти можно что угодно.