Буквально через минуту после его ухода Ноэль поднимается с дивана. Я наблюдаю за тем, как он надевает куртку, шапку и ботинки. Затем выходит на улицу. Я остаюсь одна посреди тускло освещенной двумя лампами гостиной и стараюсь успокоить быстро бьющееся сердце.
Он просто взял и ушел.
Сжав пальцы в кулаки, я пытаюсь взять себя в руки. У меня что-то похожее на паническую атаку. Спокойно. Все не так. Нет, все совсем не так.
Выдохнув, я нахожу силы встать на ноги и надеть верхнюю одежду и ботинки. На улице так холодно. Несмотря на позднее время, из соседних домов все еще доносятся голоса и смех. Натянув шапку ниже, я обхожу гараж и вижу Ноэля, медленно раскачивающегося на качелях.
Он никуда не ушел.
Ноэль слышит мои шаги, но не оборачивается. Вместо того, чтобы выйти через заднюю дверь, он вышел через парадную. Тем самым показав, что возможно уходит. Или это была проверка? Действительно ли наша связь прервалась?
Как бы то ни было после минуты паники я каким-то образом поняла, что Ноэль просто так не уйдет.
Постояв за его спиной несколько секунд, я сажусь на соседние качели и начинаю раскачиваться. Ноэль смотрит перед собой. Молчание между нами становится невыносимым, но в какой-то момент это чувство проходит. Мы просто молча качаемся, и вытянув ноги, чертим на снегу ботинками дорожки. В детстве мы часто так делали, затем сравнивали у кого дорожки длинней. Тогда это было определить сложнее, ведь мы были одного роста, не считая недолгого времени, когда я вытянулась чуть выше.
Но сейчас дорожки Ноэля намного длиннее, и это заметно. И не удивительно, ведь он давно перегнал меня в росте.
Скрип цепей на качелях, полная луна на небе и освещенный слабым светом задний двор — таким будет наш второй разговор, который на этот раз к чему-то приведет.
Ноэль поворачивает голову, глядя на мои, короче своих, дорожки и едва заметно улыбается. Затем его взгляд перемещается на мои розовые тимберленды, и снова уголки его губ дергаются вверх.
Он скучал по мне.
— Помнишь, в детстве мы думали, что каждая звезда на небе принадлежит какому-то конкретному человеку? — Ноэль поднимает голову.
Я делаю то же самое, всматриваясь в усыпанное яркими звездами небо.
— Сколько звезд на небе, столько и людей, — говорю я.
Так говорят. Но всем известно, что это неправда. Вселенная бесконечна, и звезд на небе гораздо больше. Но звучит красиво. И в детстве это казалось правдой. Красивой правдой.
— Они гаснут каждый день, — продолжает Ноэль, выпуская изо рта облачко пара. — Кто-то это замечает, кто-то нет. Но большинству нет до этого дела. Ведь звезд так много. Миллионы крошечных огоньков.
Мы смотрим друг на друга.
— Они так мерцают. — Ноэль снова смотрит на небо, вцепившись пальцами в цепи качели. — Почему-то для меня это стало так важно. Когда я вижу, как одна из звезд начинает бледнеть, затем гаснуть или падать, я…
Я стискиваю губы, пытаясь унять дрожь во всем теле. Вот теперь я чувствую. Так много.
— Прости меня, — шепотом говорю я. — Прости за Ноя. Ведь…
— Эйв. — Ноэль пристально смотрит на меня. — Ты все это время думала, что я злился из-за Ноя?
Да, так я и думала. Ведь я подвергла его опасности. Он видел свою умирающую старшую сестру. Он… боже. Это вполне весомая причина меня ненавидеть. Я сделала то, что сделала, когда осталась с ним дома. Он смотрел мультфильм, когда я поднялась в ванную. Через какое-то время он меня нашел и жутко перепугался. Этот малыш вызвал 911, а уже потом позвонил Хелен.
Ной спас мне жизнь.
Когда я киваю, Ноэль соскакивает с качелей так резко, что цепи вновь издают жалобный скрип.
— Ной бы справился. Он уже справился. — Брат встает напротив меня. — Да, конечно я зол и на это, но причина совсем в другом, Эйв. — Его голос срывается и становится намного тише. — Ты решила оставить меня. Словно мы не были одним целым, словно наше рождение, наше детство и вся наша жизнь ничего для тебя не значит. Ты даже не попыталась справиться с этим. С тем, что у тебя в голове. Просто сделала и всё.
Из моих глаз текут слезы, но я продолжаю смотреть на Ноэля.
— Я — тот, кто бы не справился, — продолжает он. — Потому что как бы далеко я не был, я знал, что в какой-то момент мы снова будем вместе. И пусть ненадолго. Ты будешь где-то, будешь жить. Несмотря на расстояние, мы всегда будем одним целым. Убивая себя, ты убивала и меня.
Мое лицо покрывается льдинками, в которые превращает мои слезы мороз. Я дышу очень часто, но мне все равно не хватает воздуха.