День 24. Школьные будни. Элис
Девушка тихо спускается по лестнице, стараясь не издавать лишнего шума. Сегодня особенно не хотелось встречаться с кем-то из семьи. Меньше всего хотелось отвечать на какие-то вопросы и спровоцировать новую ссору. Вообще хотелось остаться в своей комнате, в своем убежище. Прошло три дня после ссоры с матерью, та не извинялась, а первой идти мириться кареглазая не собиралась. Это не она начинала, если надо будет, то сама подойдет.
Удача как и всегда не собиралась ей улыбаться и на входе в кухню стоял папа. Уйти бесследно не получится.
- Доброе утро, Элис, пойдем завтракать.
- Привет. Па, я не хочу, правда... - Уныло протягивает шатенка, рвясь быстрее обуться, накинуть пальто и выйти из дома.
- Ты уже третий день не завтракаешь. Так себе желудок испортишь, - говорит мужчина, облокачиваясь на дверной косяк и складывает руки на груди. - Я сегодня приготовил твою любимую яичницу с помидорами и сосисками, бутерброды с песто, черри и моцареллой.
От перечисления наивкуснейшей пищи слюни чуть изо рта не вытекли.
- Па, я не хочу. Можно я пойду? Уже опаздываю... - С мольбой спрашивает девушка.
- Ладно, но купи что-нибудь по дороге. - Папа достает из кармана несколько купюр и протягивает шатенке.
- Хорошо, - соглашается Элис. Она понимает, что он волнуется за неё и в любом случае впихнул ей деньги. Отказываться смысла нет. Папа был человеком, который понимал её и помогал. Три года назад именно он её вытащил, а не мать, которая резко поменялась.
"Все равно тратить не буду. В копилку положу."
- Ты перед волейболом придешь?
- Гм... Нет, мы с друзьями обедаем перед ним. - Энни вытянула ногу, затягивая шнурок кроссовка.
- Ох, ну ясно, я все понимаю, - мужчина улыбается, - Может тебя отвезти?
- Та не, не надо. Я сама. Пока.
- Пока, - папа обнимает девушку и закрывает дверь за ней.
***
Прохладный ветер играет с краешком серого шарфика, мотыляя его в разные стороны. В последнее время дуновение ветра здорово отрезвляет и помогает собраться с мыслями, уйти и забыться от проблем хоть на небольшое, но время. Казалось, что только он понимает её и может помочь. Чтобы не говорили, как бы не поддерживали, почувствовать и понять то, что она пережила смочь лишь те, кто сам столкнулся с этим. Иногда хотелось слиться с воздухом и стать такой же свободной невидимой.