- Я подумала над твоей просьбой – заявила Элизе, когда девица поднялась с привычного реверанса – и разрешу тебе поучаствовать в отборе.
Писк радости сестренки прозвучал как медный колокол в голове. Я поморщилась и остановила эту «сирену».
- Но!!! Ты должна доказать, что действительно будешь верно и предано служить мне. И тогда я отпущу тебя на испытание в магистрат.
Вы думаете ее хоть немного насторожило моё условие? Как бы не так. Ничему жизнь не учит.
Смотря на меня глазами полными безграничного счастья, и сложив молитвенно руки на груди, эта курица заявила.
- Спасибо тебе сестра… ой, то есть Дарла. Я заслужу твоё доверие.
- Ага. Иди уже –махнула я рукой в сторону выхода - список дел заберешь у экономки после обеда. До того времени меня не беспокоить.
- Да, госпожа – Элиза снова присела в реверансе и упорхнула из моей комнаты, что-то мечтательно напевая.
Ну, все, начало положено, а теперь СПАТЬ… Я брыкнулась лицом в подушку и блаженно захрапела.
***
Если она думала, что победила, то глубоко ошибалась. Мой план был до гениальности прост. Я так нагрузила Элизу различной работой, что ей было некогда, даже думать о принце и отборе.
Вышивать, стирать, убирать, мыть. Всю неделю глупышка старалась, как могла, чтобы угодить сестре, то бишь мне.
Прислуга уже во всю шушукалась за спиной, что я измываюсь над бедняжечкой. Соседи, и до того здоровавшиеся сквозь зубы, вообще перестали меня замечать, но это все было неважно. Мне удалось добиться главного. Элиза сидела дома, при деле, а я могла хоть немного разобраться в том хозяйстве, что мне досталось по собственной же инициативе.
Знаете, писать это одно, а видеть вживую совсем другое. Из слуг я детально проработала лишь троих. Добрую кухарку, тетушку Берту, что естественно души не чаяла в сиротке Элизе. Кстати, то, что я как бы тоже, дважды, нет с отчимом, трижды, сирота, это никого не интересовало. Меня патологически недолюбливала эта пышнотелая крестьянка, с упрямым характером. Я бы вышвырнула ее за дверь, зачем плодить неприятелей внутри дома, если бы эта тетушка не готовила фантастически вкусно, и не работала почти за бесплатно, чтобы быть поближе к несчастной деточке. Ну и Бог с ней.
Вторым персонажем была строгая экономка Клод, что приходилась дальней и бедной родственницей Бромфилдам. Темная лошадка, я вам скажу. Всегда со строгим лицом, исполнительная и практически не говорящая. «Да, госпожа. Нет, госпожа. Будет сделано, госпожа».
Даже я ее периодически побаиваюсь, абсолютно не зная, что скрывается за этим каменным изваянием. Но нужно отдать Клод должное, в доверенном ей поместье просто идеальный порядок.
Третьим и последним прописанным персонажем была служанка Нэнси. Верная подруга и наперсница дорогой Элизы. Работала в поместье с одиннадцатилетнего возраста, влюблена в кузнеца из соседней деревни, сдохнет ради юной госпожи, если понадобится. Именно Нэнси я устранила первой, отправив в отпуск на целый месяц к маменьке, в далекую деревню.
Конечно же служанка сопротивлялась и отказывалась, почуяв неладное, но моя угроза уволить ее насовсем подействовала, и девчонка смирилась. Правда, мысленно послав мне в спину парочку проклятий.
Остальные слуги, которых насчиталось аж шесть человек были менее примечательными. Лакей и дворецкий, по совместительству, Джаред. Еще две служанки по имени Ава и Дэйна. Блеклые, нерасторопные сельские девицы, что дрожали,стоило мне или экономке, появится на горизонте. Конюх Том, обыкновенный паренек лет двадцати пяти. Ну и помощница Берты, а также мальчик на побегушках. Имена последних я не уточняла за ненадобностью.
Благодаря старанием покойной маменьки и ныне здравствующей экономки, прислуга работала отлажено как часики. Поэтому поместье Сильверсайд хоть и было не богатым, но аккуратным и ухоженным.
Итак, меня в этой ситуации все устраивало, кроме уже озвученной проблемы. Поэтому помимо полноценной рабочей занятости мисс Идеал, я каждый вечер устраивала званые ужины в узком кругу друзей.
При чем приглашения были разосланы исключительно холостякам по всей округе. Конечно, соседи меня осуждали и не хотели общаться, но маленькая приметочка в письме, что незабвенная мисс Элиза скучает в поместье и эти вечера организованы, чтобы развлечь юную прелестницу, творили чудеса. К нам в дом слетались все неженатые мужики округи возрастом от семнадцати до девяносто лет. Как-то раз пытался прошмыгнуть даже четырнадцатилетний пацан, но я его вовремя завернула.
Элиза мои старания не оценила, и лишь томно вздыхала, смотря на портрет королевской семьи, что висел в нашей столовой над камином. А холостяки томно вздыхали, смотря на Элизу. А я злобно вздыхала, смотря на Элизу, холостяков и портрет королевской семьи.