— Телефон тащи! — понукнула её Ольга и вспомнила один из законов конспирации: — Только руками его не хватай!
— Женишка своего поучи, как чужие сотики не тырить, — вырулила обратно Ветка, держа телефон снятым с головы платком. — Получите. Куда будем звонить?
Ольга аккуратно уложила в ладонь платок с сотовым Тимура и задумчиво оглядела кончик пальца: интересно, останутся на нём отпечатки приставника?
— Носом, — посоветовала опытная пользовательница, — только сильно не жми. Легче, нежнее.
— Может, ты?
— Учись, пригодится.
Как ни странно, получилось. Не без труда с нескольких попыток Ольга нашла нужный номер и вызвала абонента. Что ещё странней, тот ответил после второго гудка:
— Ну?
— Привет, — от неожиданности у неё получилось как-то уж слишком робко.
Зато его неожиданностями было не смутить:
— И, как это понимать?
— Ты про сотовый Тимура?
— Нет, про биржевой курс лилангени.
— А, что это?
— Денежная единица Свазиленда. Итак?
— Мне…
— Не мямли, — прошипела Ветка, пихнув её кулаком.
— Мне нужна твоя помощь, — встряхнувшись, осмелилась попросить Ольга.
— Ты где?
— В доме Тимура.
— Через десять минут.
И он отбился.
— Круто, — оценила Ветка. — Вот это я понимаю. Никаких «что ты там делаешь» или «что я с этого буду иметь». Не перевелись ещё богатыри на земле Русской, — простёрла она руку над головой сестры.
Которая сидела, как пришибленная, пытаясь сочинить убедительную причину своего ночного визита к Тимуру. И ещё более убедительную по поводу физического состояния хозяина дома.
— Ты тут заканчивай, — деловито указала Ветка, — а я домой. А то у деда свиданка с лягушкой и почти царевной. У тебя…, — она покосилась на неподвижное мужское тело. — Жизнь тоже бьёт ключом. А бабуленька там нервничает. И выбирает предмет потяжелее, чтобы встретить нас хлебом-солью. И мне опять за всех отдуваться. Вечно я у вас на побегушках. Ваша любовь ко мне очень удобная для вас.
Прострекотала и смылась. А Ольга спустилась на первый этаж встречать подмогу. Осмотрела хитрый домофон, пытаясь разобраться, какой кнопкой открываются ворота. Не нашла. Хотела, было, выйти во двор, чтобы открыть калитку, но вспомнила о камерах наблюдения и не рискнула. Пока бродила вдоль окон холла, не заметила, как на крыльце объявился он.
Замок отпереть сумела — хоть на что-то сгодилась. Илья вошёл, закрыл дверь и тут же прижал её к стене:
— А, где твой волшебный лук?
Ответить не дал: поцелуй был долгим и подстрекающий к беспамятству. Так бы и стояла тут с ним…
— Да, подожди ты! — забилась она в железном замке его рук. — Там Тимур. Нужно «скорую» вызвать.
Оба оберега на груди на него абсолютно не реагировали. Значит, Сумерла была права: не одержим.
— Пошли, — взял он её за руку.
И затащил на второй этаж, не выпуская свою добычу. Присел рядом с телом, пощупал пульс:
— Он спит?
— Он…, — замешкалась Ольга, не зная, как объяснить необъяснимое.
— Не мямли, — усмехнувшись, передразнил он Ветку. — Чем ты его? Следов возгорания на теле вроде не видать.
— Руку отпусти.
— Не отпущу: я уже учёный. Так, чем ты его?
И тут, откуда ни возьмись, на неё обрушилась решительность:
— Вызови «скорую», встреть, проводи, и я… И потом мы поговорим.
— Тебя не должны видеть, — правильно понял Илья, поднимаясь и притягивая её к себе. — Я выпущу тебя, и ты сразу же этим воспользуешься.
— Я останусь, — вздохнув, пообещала Ольга. — Но, только не в этом доме. Мне лучше поскорей отсюда уйти.
— Почему? — так требовательно и жёстко спросил он, что не ответить было невозможно.
Бывают такие моменты, когда чувствуешь, что мужчине лучше не врать. Если не хочешь видеть его в последний раз.
— Илья, в двух словах этого…
— А ты попробуй, — настаивал он, сверля её ультимативным взглядом.
— Сюда могут прийти его… назовём их: подельники.
— Подельники? У Тимура? — кажется, впервые на её памяти открыто удивился он.
— Не из этого мира, — раздосадовала Ольгу его несвоевременная настойчивость.
— Из твоего, — вновь понял он с полуслова. — Тебе это чем-то грозит?
— Смертью, — пожала она плечами.
— Уверена? — не слишком-то поверил слишком умный мужчина столь громкому заявлению.
— Я сегодня убила одного из них, — пришлось сказать «Б» после целой череды затянувшихся «А».
— Кого? — ничуть его не сразило очередное открытие.
— Его, — кивнула Ольга на Тимура.