Наконец, наконец-то последний поворот, сотня метров и дом. Они очень устали. Антон еле крутил педали, но виду старался не подавать. Сашка откровенно клевал носом, и Сергей придерживал его одной рукой, а второй управлял чугунным велосипедом. Но они гордились затяжным марш-броском и своими трофеями: чайником, прикрученным к багажнику, и зеркальцем, острые ребра которого Сергей ощущал через нагрудный карман внука, куда оно перекочевало из штанин. Его решено было поместить среди развешанных на стенах гостиной семейных фотографий. Сергей даже знал возле какой. Кто бы ни рассматривал ее, все хохотали и умилялись. Эта была свадебная фотография: бабушка, дедушка и гости на парадной лестнице.
А чайник они подарят бабушке. Она приведет его в порядок, и он станет украшением их кухни. Какой изумительно вкусный и необычный чай можно будет в нем варить! Да, дедушка?
— Ребята, а, ребята! — Сергей показывал на их участок. — Смотрите, сколько гостей собралось!
Несколько машин уткнулись своими капотами в заборчик — внутри им места не нашлось. Да и людям на подстриженной лужайке возле накрытых столов места было не много.
Сергей, не заходя за калитку, с любопытством их рассматривал и удивлялся: «Мы с женой знаем всех сто лет. Как можно не надоесть друг другу за это время? Как можно еще общаться и с удовольствием делать это? Не всегда в таком расширенном составе, конечно. Но мы рады всем нашим старым друзьям. Вот сестры, Ира и Таня, стали немножко меньше быть похожими друг на дружку. А Шура стал не похож сам на себя. Это грустно. Дядька с женой Ириной вместе, дай бог каждому, и очень этим довольны. Ольгу не испортил банковский сектор, все та же открытая душа. Фикус обрел-таки семейное счастье со Светой. Кому повезло больше? Вопрос. Стольник же в вечном поиске. Сплошное расстройство по жизни. А вот Женька давно нашел, но… он лишь друг нашей семьи. Не обсуждается».
— Где же мои? Ах, вот… Надо же!
Молодая, выше среднего ростом, стройная черноволосая женщина в сопровождении коренастого мужчины в синей форме летчика весело болтала с Ириной, одетой в элегантное платье асимметричного кроя. Ирина увидела отца и показала на него молодой женщине. Та обернулась и замахала Сергею рукой:
— Папа!
Это была его дочь Настя. Она все утро просидела в аэропорту, нервничала, ожидая задерживающийся рейс мужа, и сразу сюда.
Внуки, Сашка с Антошкой, наконец припарковав велосипеды, со всех ног неслись к родителям: Антон первым подбежал к Ирине и стал что-то рассказывать ей на ухо, а маленький Сашка попал в объятия Насти, которая зацеловала ему все лицо и передала на руки мужу, отцу шестилетнего любознайки.
Послышалось:
— Вот и сам…
— Анатолич!
— Сергей Анатольевич!
— Серж пришел.
— Маленький!
Сергей входить не торопился. Ждал и знал: его встретит женщина, любовь которой подарила ему этот день — июльский день их свадьбы, день рождения дочерей.
Таня неспешно, немного смущаясь от общего внимания, шла к нему, что-то пряча за спиной. Она смотрела на него, то чуть хмуря брови, то слегка улыбаясь.
— И все-таки почему ты?
— Почему я?..
— Да, почему ты… надолго оставил меня одну?
— Я принес тебе подарок.
— И что же? — Таня неподражаемо кокетничала.
— Волшебный чайник.
— Что ж, спасибо. У меня для тебя тоже есть…
— Сюрприз?
— Уже нет.
Таня достала из-за спины… маленькую леечку.
— Неужели та самая…
Татьяна приблизилась вплотную к Сергею и потрепала его по седым волосам.
— Та, Сережа, та… И я та же… Входи, ты дома.
Конец