Надо отдать должное «папаше», — он снова появился словно из воздуха, хотя его солидная фигура спортсмена-тяжелоатлета ну никак не способствовала ни подкрадыванию, ни проскальзыванию, ни играм в прятки, и теперь он стоял в дверном проходе, с его габаритами как-то просочившись между мной и… остальными.
Остальные стояли и глазели на происходящее, явно не понимая, что здесь происходит, но чувствовалось, что скоро здесь что-то произойдёт. И не факт, что хорошее. И не факт, что мне это очень понравится. Он опять отряхивал руки от чего-то, хотя я могла поклясться, что они у него были совершенно сухими, как и в тот момент, когда я оказалась на заднем дворе. Но тогда хотя бы могло быть объяснение, что он возвращался из подсобок, а потом помыл руки. Хотя, кто его знает, может, у него просто привычка такая? Нервный тик, или что-то в этом роде? Но сейчас мне было не до привычек Эмбри, потому что я почувствовала, что во что-то очень сильно вляпалась.
— Эти предметы с очень сильным зачарованием, — выдал себя обладатель странных духов, высокий молодой мужчина с красивым, но каким-то порочным выражением лица, — я даже отсюда чувствую, какой у них магический фон. Сначала на Хелген напал дракон, потом пришли некроманты, чтобы поднять убитых и погибших… И эти предметы были найдены именно там, где некроманты и проходили. Среди убитых культистов и их разбросанных повсюду вещей.
По собравшейся толпе пронёсся вздох ужаса и потрясения.
Мне казалось, что здесь такого рода вещи, вроде как убийства, некроманты, драконы там всякие, казни, уже давно стали если не чем-то в порядке вещей, то хотя бы привычными, как неискоренимое и вечное зло. По крайней мере, в игре я никогда этими вопросами не заморачивалась. А… разве в реальном Скайриме дела обстоят не так? Просто мне раньше не попадались такие живые и впечатлительные NPC, которые больше всего были похожи на простых живых людей.
Хлюст, одетый по-дорожному просто и скромно, но всё-таки качественно и богато, не обвинял меня прямо, не показывал на меня пальцем, но было ясно видно, что во всём этом он подозревал именно меня. Это было видно по направлению его взгляда, твёрдому и сверкающему, как алмазный меч. Казалось, что вся собравшаяся толпа видит на кого он сейчас смотрит, и делает соответствующие выводы. И что-то мне подсказывало, что выводы будут явно не в мою пользу. Некромантия, драконы, убийства… кажется, этот знатный господинчик мог обвинить меня абсолютно во всём, — и ему бы сразу же поверили. Разве что для того, чтобы убедить всех в том, что я при желании могу превращаться в дракона, ему, наверное, потребовалось больше времени.
Похоже, я шла ко дну.
Даже если бы мне к ногам привязали тяжёлую гирю и сбросили в море Призраков, хуже бы уже не стало.
Но, как говорится, если тебе кажется, что ты уже достиг дна, снизу постучали.
— Это не её вещи! — выкрикнул Марен, каким-то непонятным образом просочившись между мной и Эмбри и тоже появившись на пороге. — Она никогда такого не носила, мне лучше знать. — добавил он так, словно мы с ним прожили бок о бок много лет и он видел меня каждый день в разных нарядах и с разными украшениями.
А также и полностью раздетой. Боже, ну когда я наконец начну относиться к своей новой истории спокойно, равно как и к тому, что теперь каждый желающий будет дополнять её всё новыми и новыми подробностями? Блин, никогда в жизни не читала истории про таких пассивных и жалких попаданцев! С таким успехом я могла стать попаданкой в тело спящего дисциплинированного драугра, который никогда не встаёт из своей гробницы, или в какой-нибудь предмет, тихо и мирно собирающий пыль где-нибудь в углу.
Не успела я сказать ещё что-нибудь умное и обличающее, рассказать всё то, что мне теперь стало известно, а заодно и вляпаться так, что на этот раз история закончится, уже окончательно и бесповоротно и для всех, как одновременно произошло несколько событий, на которые я опять не смогла никак повлиять — и которые происходили абсолютно без моего вмешательства.
— Это… это моё. — тихо, но твёрдо закончил Фарвил, опуская голову. Он говорил спокойно, и только смертельная бледность, разлившаяся на его лице, говорила о его состоянии. — Моя… невеста не знала, что это. Она просила меня показать ей или подарить, но я ей не позволил.
В этот же самый момент Эмбри зажал мне рот рукой, очевидно, чтобы всё не стало ещё хуже, и оттащил куда-то за ширму, стоящую сбоку от входной двери и очевидно, отделяющей кухню от залы, дремора разберёт интерьер этих скайримских домов, которые оказались гораздо больше, нежели они были в игре. Не знаю, почему, но именно тот факт, что какой-то мужик хватает меня и без спроса куда-то тащит, — хотя как это можно тащить кого-то «со спросом»? — показался мне особенно возмутительным.