До дома Эмбри мы дошли совершенно спокойно.
В другое время я подошла бы, не таясь и не прячась. Сейчас же я обошла дорогу со стороны пруда, заросшего ряской и теперь благостно превращающегося в болото, прошла сквозь заросли какого-то кустарника, не настолько непроходимого для человека, но с такой густой листвой и кроной, что там можно было легко и без труда переждать дождь. А то и провести ночь, если она застала путника в дороге, а в таверну идти неохота: лёжа на мягком ковре из травы и старых опавших листьев, выспишься ничуть не хуже, чем на кровати, да и сверху звёзд не увидишь. Тем, кто не любит подобного рода романтику, оно абсолютно гарантировано.
Я обходила дом Эмбри, шаг за шагом, медленно и аккуратно, прощупывая каждую половицу и осматривая каждую вещь. В другое время я бы плюнула на всё и стала бы искать, как слон в посудной лавке кофейную ложечку, но сейчас почему-то хотелось делать всё как можно аккуратнее и незаметнее. Или это вервольфы не только осторожные, но и такие аккуратные? Ну, так-то, они хищники, им шуметь и топать и не следует.
Мы постучали, но нам никто не ответил.
Похоже, что Эмбри не было дома, — по крайней мере, я его запаха нигде не чувствовала. Может, следовало подождать его прямо здесь? Но, как выяснилось, хозяин или уходил куда-то в спешке, или просто забыл закрыть дверь, но она оказалась открытой.
Внутри было пусто и тихо; отдельно я отметила, что камин прогорел, и в очаге огня тоже не было, — только холодная зола. Интересно, куда он ушёл — и что могло случиться?
— Мне кажется, мы так можем ещё долго ждать его, — шёпотом произнесла я, — и неизвестно, когда он придёт. Мало ли, по какому делу он отправился куда-то. Может, вообще через весь Скайрим.
Про то, что в таком случае он бы обязательно запер дверь на ключ, я предпочла не говорить.
— Мы пока можем поискать сами, не лежит ли его дневник на видном месте. — предложила я Фарвилу, помня о том, как в игре все квестовые предметы, а также дневники всегда лежали так, что их можно было запросто обнаружить. А что, если и здесь тоже так будет? Вот только никакого маркера, укажывающего на искомый документ здесь, ясное дело, нет. Не игра же.
— Мария, а может, мы потом дождёмся его, если найдём дневник? — робко спросил Марен — А то получится, что мы его обокрали… а потом ещё и ушли, не дождавшись хозяина. А так он должен быть в курсе, что Кодлак послал нас к нему.
— Разумеется. — согласилась я — Давай я поищу здесь, а ты — вон там.
Как и следовало ожидать, среди книг были только книги и старые бумаги, не представляющие никакого интереса; я пробовала искать даже на кухне, но кроме головки эйдарского сыра и внушительных запасов мяса и овощей, там не было вообще ничего. Не желая сдаваться, я начала простукивать половицы и стены, полагая, что дневник может храниться и где-нибудь там. Это, конечно, если Эмбри просто-напросто не носит его с собой.
Наконец за одной из досок мне отозвалась пустота.
Хотя теперь у меня был отменный слух и нюх и я отлично знала, кто именно находится рядом, но сейчас мне казалось, что уши у меня могут шевелиться, как у дикого зверя, улавливая источник шума, а по дереву в поисках схронки я постукивала уже не ногтями, а когтями. Или мне это просто казалось?
Я отвлеклась всего лишь на пару секунд, — но и этого времени было достаточно. Сквозь узкую щель я осторожно вытащила на свет Восьми толстую тетрадь в старом кожаном переплёте и сунула в свою сумку. Потом закинула её себе за плечо, и…
Поняла, в чём была моя ошибка. Я увлеклась и совершенно не обращала внимание ни на что другое, что происходило вокруг. Потом, может быть, я попробую избавиться от дара волчьей крови, — но сейчас я была так рада острому слуху и острому нюху, слава Хирсину!
— Так, молчи и не дёргайся, а то я тебя прирежу на месте, как цыплёнка! — слышится злой шёпот.
Была бы я уже в своей второй ипостаси, — чувствую, у меня бы шерсть встала на загривке. Потому что мало того, что мы пришли сюда с Мареном вдвоём, а значит, никого другого здесь было быть не должно…
Моя вина: увлеклась — и совершенно забыла про то, что надо прислушиваться, принюхиваться — и смотреть даже затылком. Ну, вот почему я отпустила от себя Фарвила и позволила искать в другой части дома? Почему вообще не сопровождала его абсолютно повсюду? К тому же, я отлично узнала этот голос, и узнала бы его даже до подарка Стаи; другое дело, что будучи человеком, я бы просто не услышала этот угрожающий шёпот.
Краем человеческого сознания я успела возмутиться, что в реальном Скайриме, оказывается, куры — не такие уж и священные животные, или священны только взрослые куры, а не цыплята?
Звериное сознание обострило обоняние и слух и напрягло все мышцы, наполнив их предвкушением битвы, сделав походку лёгкой и пружинящей.