Я шла по следующему коридору по направлению к жаровням, надеясь, что камеры с заключёнными будут находиться именно там. Конечно, тюрьма была как-то повнушительнее и побольше, чем она была в игре — но не могла же она быть прямо целым подземным городом! Тоже мне, тоннель скайримского метро. Доисторического. Мне сейчас ещё только света в конце тоннеля и не хватало, а ещё — стука колёс и света от фар мчащегося на меня поезда. В этих тёмных и закопчёных коридорах с низкими круглыми потолками переходящими в такие же стены, только поездов и не хватало, для полной радости. Много времени у меня не было, — игровой опыт подсказывал, что сюда с минуты на минуту нагрянут и братья Бури, и имперские солдаты, и то, что произойдёт потом, будет в высшей мере некрасиво.
Ещё некрасивее будет из-за того, что здесь ничего не предусмотрено разработчиками, нет никаких игроков и продуманных скриптов; сомневаюсь также, что кто-то хоть раз тестировал то, через что мне придётся пройти по пути к свободе и дальше.
А если я здесь встречу хоть кого-нибудь, не сидящего за решёткой, у меня не будет время для того, чтобы соблюсти светский этикет и протокол знакомства.
Я разве что успею предусмотрительно и располагающе замахнуться мечом, просто так, в знак дружбы, подаренным мне генералом Туллием, и вежливо и предупредительно нанести первый удар, потому что нет возможности посмотреть по интернету, что по сюжету произойдёт здесь дальше. А если я пропущу первый удар «собеседника», если риск, что второго уже не будет. Ни с чьей стороны, причём уже ни с чьей стороны… И я буду обдумывать уже потом, правильно я поступила или нет.
Кстати, а не так ли становятся разбойниками? Что, если большинство из них изначально были совсем не такими уж и плохими людьми, — просто с ними просходили очень неожиданные и плохие вещи, когда они совершенно не были к этому готовы?
«Спокойствие, Машутка, только спокойствие, — уговаривала я сама себя, эдакий вариант рекламы «два в одном», — вот найдёшь будущего героя, вытащишь его из тюрьмы, отправишь на все четыре стороны… А потом куда? По сценарию, которого здесь больше нет? И сама куда пойдёшь? К этим самым добрым разбойникам? Ага, только сначала красноречие прокачай, чтобы доказать им, что на самом деле они добрые. А то они этого уже не помнят, ясно как день.»
… Тем более, учитывая тот факт, что я была официально поймана с повстанцами, попавшими в засаду имперских легионеров, а потом привезена на казнь с «брательниками», никто не догадается, что я вообще-то всегда выбирала сторону Империи, пока Скайрим был для меня только компьютерной игрой.
И что-то мне подсказывало, что здесь всё точно пойдёт не так, как было в игре, даже с установкой нескольких взаимоисключающим модов, — так что в случае чего имперцы и «брательники» запросто могут при случае забыть про старую вражду, объединиться и дружно пойти бить девицу-красавицу, то есть, меня. А я даже не знаю, есть ли какой боевой опыт у Амалии — или нет.
Ноги послушно топали в нужном направлении, которое всё никак не заканчивалось, сменяясь то поворотами, то дверью, ведущей в какие-то подсобки, очень похожие на те, в каких у нас уборщицы хранят всякого рода инвентарь, загребущие ручки хватали всё, что не было приколочено к полу, а голова продолжала раздумывать над сложившейся ситуацией, стараясь найти самый лучший выход хотя бы для её обладательницы.
«А что, если кто-то знает о том, что я, то есть Амалия, дочь императора? И как отнесутся при случае к этой новости и те, и другие? Похоже, Амалия этим самым «брательникам» помогала; интересно, они знали, кто она — или нет? Дело осложнялось ещё и тем, что до сих пор я здесь нигде не нашла ни всплывающих подсказок, ни маркеров, ни кнопки быстрого сохранения, — да и не было здесь интернета, чтобы посмотреть, как будет развиваться весь этот закрученный сюжет и что со мной лично будет дальше. Вообще никакого интернета здесь не было. Непривычно.»
«Надеюсь, что этот самый Довакин, которым, слава всем богам, оказалась не я, также не окажется ни аргонианином, ни каджитом. Ничего такого уж особенного я против них не имею — просто… не люблю. Вот не люблю — и всё тут. Они всё-таки и не люди, и не животные, а вот эльфы, как ни крути — всё равно как люди, что бы они сами по этому поводу ни думали.» — размышляла я, топая крохотными, но отчего-то неутомимыми ножками в каких-то кукольных «лабутенах» к месту нахождения предполагаемых камер с заключёнными.
Надо отдать мне должное: пока я ходила по тюрьме, оказавшейся вдобавок наполовину подземной и наполовину затопленной, я собирала в подобранный где-то рюкзак все полезные и бесполезные вещи, справедливо полагая, что пока мы живы, нам всегда будут нужны самые разные вещи, — если не для каких-то конкретных нужд, то хотя бы для красоты, как предмет интерьера. Хотя, что в тюрьме могло сойти за элемент декора, я и сама не знала, но полагалась в данном вопросе на свой инстинкт. Интересно, а здесь есть сумки с зачарованием на повышение переносимого веса или на вместимость? Чувствую, что в скором времени мне это очень пригодится.