«А пока ты злишься на своего некроманта за то, что он вообще-то и не делал, он там сейчас сгорит заживо. — укоризненно буркнул внутренний голос — Может, станешь уже человеком — и выпустишь его? А то и его ужасная смерть будет на твоей волчьей совести, и бояться будет уже некого. Подумаешь, от страха перед одним-единственным некромагом решила блох в своей шкуре разводить!»
«А ещё — некроманты отлично выводятся из строя картошкой.» — подбодрил меня внутренний голос, когда я торопливо открывала тяжёлую дверь, за которой уже не было слышно разрядов молнии.
Кажется, я успела как нельзя вовремя: внутри уже вовсю полыхал пожар, или мне это только так казалось? Нестерпимый жар дыхнул мне в лицо, будо я слишком близко подошла к жарко растопленной печи, — такой, что на полу, казалось, можно было эту самую картошку жарить. Или запекать.
К счастью и моему большому большому облегчению, из горящего помещения не доносились ни ужасные крики нестерпимой, нечеловеческой боли, ни характерный, уже печально знакомый по дороге от Ривервуда в Вайтран, запах горелой плоти.
«А я всё-таки не монстр… — обморочно подумала я, сглатывая без конца накатывающую слюну и подавляя рвотные рефлексы — Потому что вот такая «картошка с мясом», зажаренные на костре или запечённые, мне уже сейчас будут в кошмарах сниться. Да я вегетарианкой стану, только бы нам выжить! Да я… да я… Да я теперь только траву буду есть, даже в волчьей форме!
Значит, я всё-таки не зверь. Я просто волк, всего лишь вервольф, но не зверь же какой-то!»
— Эй, ты где? — крикнула я, старательно дыша ртом и убеждая себя, вернее, свой желудок, не бояться. — Выходи, сгоришь же! А ну давай на выход!
Хорошая же я должна быть… Непонятного происхождения, объект заговоров и секретов, пришла не сразу, а когда здесь уже дышать нечем, — а если я ещё и картино проблююсь, эффектно стоя в горящем дверном проёме…
Нет, меня всё-таки сюда Клавикус Вайл послал, принц сделок и договоров, а не Шеогорат, принц безумия!
Интересно, а кто вообще должен заведовать здесь нервами, а также всеми болезнями, которые от них же?
Может, Намира? Но у неё вообще разброс интересов и вверенных ей вопрос очень широкий, как сеть рыбака-браконьера: и пауки, и личинки, и прочие «милые» небожьи, вернее, неаэдрические, твари, и отверженные, и уроды или уродцы, и каннибализм.
Может, у меня скорее уж Периайт, принц чумы? Да, — но вот кто именно из них «заведует» нервной тошнотой? Может, только моя верхняя голова, и больше никто?
В «летней кухне» было относительно тихо. Только разноголосо и многозначительно гудело разгорающееся пламя и потрескивали горящие доски, сухие и плотные, между прочим.
Я искала нашего злыдню, — а стреляющие угольки насмешливо трещали, словно тоже, как в своё время и некромант, собмневались в моих добрых намерених.
Как-то так незаметно вышло, что реальная жизнь в магическом средневековье оказалась слишком суровой для того, чтобы можно было надеяться, что кто-то сначала угадает наши добрые намерения, а потом умилится от этой догадки.
А какие здесь, в старом крестьянском доме, стены и двери! Да уж, такие не то, что заклинанием молний, вообще мало каким заклинанием так просто пробьёшь! Интересно, а почему он вообще решил, что молниями можно дерево пробить?
— Да где ты спрятался-то? — рыкнула я, обшаривая всё небольшое пространство внутри «кухни» — Я ведь никуда без тебя не уйду!
Ага. И умру смертью храбрых под обвалившейся горящей крышей. Зато — с чистой совестью. Выходило так, будто Амалия-Мария пошла против добра, равенства и братства, а также против самой человеческой природы. А какой-то первый встречный перелёный дракон вежливо указал ей на её ошибки. Или это просто с определённого ракурса и в огне можно такое рассмотреть?
— Да куда ты делся-то, маг и волшебник? — крикнула я, перекрикивая и тишину, и треск лопающихся в огне поленьев, и гудение пламени. — Телепорт открыл? Ну, так бы и сказал!
Казалось бы, найти кого-то не гномьего роста в маленькой комнатке, обставленной в минимализме Средневековья, не так сложно…
Но мешали нервы, дым, застилающий глаза и мешающий дышать, а также пламя. Пока что не как при настоящем «большом» пожаре, — но всё-таки.
Такое пламя, которого в обычное время в помещениях быть не должно.
Ну, ещё и человеческий фактор. Надеюсь, что пока что ещё не волчий. Потому что очень не хотелось бы именно сейчас случайного, самопроизвольного превращения.
И драгоценное время на это уйдёт, — и вообще, я при некроманте стесняюсь. Да и при ком бы то ни было. Мне ещё, может, за тот случай в Вайтране стыдно, и теперь у меня волчий комплекс неполноценности!