«Потерянный» некромант обнаружился около противоположной стены; при ближайшем, хоть и очень беглом и исключительно визуальном осмотре — и я не целитель, и время сейчас было более чем неподходящее, — стало ясно, что он получил пару-тройку мелких ожогов, несмертельных, но неприятных.
Несколько секунд, глядя в его широко раскрытые, остановившиеся и словно немигающие глаза, обильно слезящиеся от дыма, я подумала, что теперь, возможно, он тоже или стал безумцем, или балансирует на грани безумия, но потом увидела, что он с трудом перевёл взгляд на меня и выражение его лица стало более осмысленным, я вздохнула с облегчением.
Вздохнула, надышалась дымом — и деликатно закашлялась.
— Выбираться нам отсюда надо, просыпайся! — нарочито грубо сказала я — Обижаться и медитировать потом будешь. Тоже мне, мудрец выискался.
Потянув его за безвольную руку, выругалась в уме и рывком поставила мага на ноги.
Да и, к тому же, судя по всему, он успел надышаться дымом, прежде чем догадался лечь на пол или просто согнуться, прислонившись к стене. Хотя, вполне возможно, у него это получилось чисто инстинктивно.
Про себя я отметила также его блуждающий взгляд и странные белые следы на руках, напоминающие следы от попадания молнии. А… как так-то?..
«Наверное, он уже подготовился к смерти. — подумала я, и от этого осознания мне стало противно, тоскливо и как-то жутко — А ведь он, скорее всего, уже давно не надеется, что останется в живых… Но одно дело — ждать смерти, и другое — наконец увидеть её. Бр-р.»
— Идём на волю. — сказала я как можно обыденней, тем не менее поворачиваясь к двери, чтобы проверить, есть ли ещё нормальные пути к отступлению или как — Чего ты здесь застрял? Руку давай, пойдём!
— А ты сама меня здесь заперла, не помнишь? — попытался съязвить некромаг, но получилось, если честно, плоховато. — А теперь спасать надумала? Я думал, про меня здесь никто и не вспомнит, потому что не до меня.
Ну, хорошо хоть, получилось хоть так, — потому что я понятия не имела, что мне и с тем «жителем подземелья» делать и как возвращать его для общества. А уж если они теперь оба в результате пережитого будут птичкам улыбаться, причём не факт, что реальным и настоящим, — нет, такого я точно не вывезу.
— До тебя, до тебя. — пробурчала я, стараясь говорить как можно обыденнее и спокойнее, как будто для меня путешествие по горящему помещению к спасительному выходу было чем-то более, чем обыденным. — Я сразу поняла, что тебя среди нас, на свободе, нет.
На самом деле, нет: я ведь всё-таки не даэдра, и не дремора из Обливиона! Это у них там повсюду текут живописные огненные реки, всегда тепло и купаться можно, и царит непринуждённая и дружеская атмосфера.
— Издеваешься. — подытожил некромант, сделав, похоже, теперь его самый любимый с некоторых пор вывод.
Я хотела обидеться — но не получилось. Интересно, ну, вот почему он так плохо думает про Машеньку? Я ведь вроде как хорошая девочка! Или нет?
Снаружи послышался шум, — к моему облегчению, уже не драконий, а вполне обычный. Рядом с распахнутой дверью «летней кухни», превратившейся в огненную западню, стоял Фарвил, побледневший до синевы. Он вглядывался в горящие недра пристройки, и от жара у него слезились глаза. Ну, мне казалось, что это из-за того, что он стоял слишком близко к открытому пламени.
— Мария! — в панике позвал он срывающимся голосом — Моя дорогая!
От неожиданности я вздрогнула. Неужели мне не послышалось — и он только что назвал меня дорогой? Понимаю, что сейчас не время, да и ситуация не располагала, — но я почувствовала, как мне стало тепло внутри. И это было вовсе не от огня.
— Там вот снаружи прилетел один заразный дракон. — как ни в чём не бывало продолжила я, чувствуя какое-то хмурое и настороженное молчание со стороны некроманта, который определённо нашёл не самое лучшее время для того, чтобы обижаться.
Должно быть, потому, что мои задатки психолога как-то быстро скукожились в огне, и теперь я просто тащила мага за руку, не спрашивая его отношения к такому самоуправству.
— И ему, к сожалению, есть дело до всех нас. Дом, надеюсь, не ты поджёг?
— Да, вот всё время хотел сделать из своей тюрьмы ещё и тюрьму, в которой я умру. — обиженно ответил некромаг — А чем это дракон болеет? Ой! — воскликнул он, увидев, что дверь, уже занявшаяся пламенем, захлопнулась, — очевидно, от порыва ветра, и этот же самый ветер раздул пламя так, что оно загудело.
После этого наш любитель оживших трупов, — конечно, сейчас не до того, но интересно только, зачем они были ему нужны? — забыл и про личную антипатию к моей скромной, но очаровательной персоне, и про то, что, взяв его за руку, я грубо попрала его свободу (на самом деле, уже давно), и нарушила личные границы.