Как я ни хотела сдерживаться при каком-никаком, а ребёнке, но всё-таки помянула шёпотом чью-то маменьку, ведущую на редкость разгульный образ жизни.
Вампир. Вампирша, чёрт бы её подрал! И почему она только в броне Гильдии Воров?
Не успела я опомниться и сообразить хоть что-то, как шевеление около костра изменило своё направление. Похоже, кто-то шёл в нашу сторону.
— Я видел, там ещё мелкая была, она убежала куда-то! — произнёс знакомый грубый голос, который, казалось, я теперь узнала бы из тысячи.
Орк! Тот самый главарь бандитов, которого я так лихо погнала ещё сегодня. Быстро же он оправился!
— И ещё с пяток кровососов тоже сбежали. — продолжал главарь, чью помятую броню я теперь отчётливо различала среди деревьев. — Теперь они сюда не сунутся. Как мы их, а?
— А то. — поддакнул ему другой голос, принадлежащий кому-то, кого я то ли ещё не встречала, то ли тому, кто просто не раскрывал тогда рот — Так ты говоришь, тот дом, куда мы собирались прийти, того? Ну, этого? Там кто-то есть?
Моё острое чутьё подсказало мне, что к нам шло много народа. Очень много народа, — гораздо больше, чем пришло в тот раз в нашему дому в лесной глуши. Одной рукой оттолкнув мелкую вампиршу себе за спину, я встала поудобней и сжала обеими руками меч, приготовившись сражаться.
— И чего вы, мужики, одну бабу испугались? — громко, на весь лес, захохотал другой бандит — Она, что, крутая?
Я вдохнула поглубже, приготовившись сражаться, и бесшумно сменила меч на лук, приладив первую стрелу.
Девчонка, умница, уже куда-то убежала. С одной стороны, — союзник-вампир, это было бы совсем не плохо, а с другой…
Что с ребёнка-то возьмёшь? Мне теперь, что, бегать по лесу, уворачиваясь от гадов, которые в благодарность за то, что я их не убила, убьют меня сами, и звать «эй, вампиры, помогите, все сюда?» Смешно. Смертельно смешно.
Первая стрела со звоном царапнула по броне, заставив противника пошатнуться и с тупым недоумением осмотреться. Но я уже успела нырнуть за дерево и отправить следующую стрелу прямо в незащищённую грудь бандита, одетого, почти как в игре, в открытую броню. Злодей захрипел и упал на землю, выгибаясь дугой и обливаясь кровью.
«Главное — не думать, что всё по-настоящему, что это больше не игра…» — думала я, петляя за деревьями и отправляя одну стрелу за другой в живые мишени, которые отошли от первого шока и теперь яростно ломились мне навстречу, как стадо разъярённых мамонтов.
Конечно, в таком случае очень помогли бы заклинания, например, огненного шара… Но для этого нужна была концентрация, спокойствие, — а также уверенность в том, что я смогу и что у меня всё получится. А не стоять в позе цапли поседи снежных зарослей и надеяться на чудо. А также на то, что сейчас меня обнаружат бандиты, после чего все вместе умрут от смеха.
К тому же — я совершенно не была уверена, что готова увидеть заживо горящих людей, какими бы преступниками и злодеями они бы ни были.
— У-у, с-сука-а-а! — заорал на весь лес какой-то бандит, уязвлённый в своих лучших худших чувствах — Пор-р-ву! Выпотрошу!
Неизвестно, как продвигался бой, и скольких мне удалось ранить и скольких убить, потому что снежные ветки как защищали меня от бандитских стрел и очей, так и мешали мне самой видеть точно, как разгруппировался противник.
Плохо было и то, что обиженный «урук-хай 2.0», похоже, привёл с собой подмогу, и пока они шли к нашему дому, я сумела сама выйти им навстречу.
Ну, может, так оно и лучше, — по крайней мере, у моих друзей будет время что-нибудь предпринять, и они не будут ждать, как куры, пока их всех перережут. А раз уж я всё равно когда-нибудь умру, так почему бы и не умереть прямо сейчас и давай время своим, чтобы те хотя б догадались, что меня больше нет?
Неожиданно откуда-то со сторон донёсся треск молний, шум борьбы и крики боли. Но что там происходило, я уже не могла обернуться и посмотреть.
Потом что-то, показавшееся мне большим и тёмным, полетело мне в лицо, сползо ниже, ткнуло в бок, как иголка, — и я почувствовала, что медленно заваливаюсь в снег.
Я попыталась было посмотреть, что там в меня попало, но в этот момент кто-то грубо наступил мне сапогом на голову, вдавливая её в снег. Было совершенно не больно, только снег показался каким-то голубоватым. Треск молний за моей спиной стих, и стало тихо. Или не стало, а просто у меня тонко зазвенело в ушах?
— Ну, что, попалась? — торжествующе спросил чей-то грубый голос.