Про то, что Мария вообще-то пошла к пленившим его разбойникам первой, и что он, поняв, что ему не удастся её остановить, попался тоже, Марен даже не думал. Для него Мария, помимо всех возможных и доступных качеств, была для него непогрешимой уже по определению, или даже ещё лучше.
Будучи потомственным торговцем и проведя начало жизни в семье торговцев, эльф обладал хорошо прокачанным красноречием, вот только, правда, в некоторых случаях оно бы ничем не помогло, а только помешало бы.
***
Полутёмная и криво построенная крутая лестница, которую, похоже, укладывали пьяные и косые тролли, уходила куда-то вниз.
Про то, что она полутёмная и плохо освещена, я поняла только по тому, что всё вокруг было словно погружено в безжизненный свет, слегка подкрашенный молоком, — так, очевидно, действовало ночное зрение вервольфов.
Появление вампирши я почувствовала прежде всего по запаху; если я нормально воспринимала его, будучи человеком, то теперь, в волчьей ипостаси, я принюхалась к ней, как собака к хозяину, пообщавшемуся с другой собакой, и выразительно покрутила носом.
Пахло от Лив не так уж и противно… Но всё равно, отчего-то свербело в носу и казалось, что мне захочется чихать. Может, это просто моя волчья сущность не одобряла того факта, что рядом со мной находилась пусть и доброжелательная, дружелюбно настроенная, но вампирша? Нежить?
Но человеческой сущности, которая теперь, казалось, скромно отошла куда-то в сторону и делала вид, что ищет поп-корн, вовсе не казалось, что Лив — та самая живая, которую надо бояться, потому что «живая покойница». Или это просто вампрское очарование, которое действует на всех и именно так?
Вампирша посмотрела вниз и стала медленно спускаться, скользя и словно перетекая со ступеньки на ступеньку. Я шагнула в её сторону, оскалив клыки и сморщив нос. Догадываюсь, что это выглядело жутко, но вампирша не испугалась. И поняла, что выражение моей морды означало только немой, по понятным причинам, вопрос.
Вопрос, ответ на который я хотела получить немедленно.
Другое дело, что появляться в таком виде перед Фавилом и его сокамерником мне — небезосновательно — казалось не самой лучшей идеей.
Потому что я знала, что сейчас я была намерена убивать.
Как человек я, может быть, и остыла бы… Но волк был не тем животным, которое может изменить свою точку зрения или отказаться от намерений. Или подумать — и передумать.
— Я освободила их обоих. — еле слышно и еле шевеля губами, шепнула вампирша — Развязала твоего эльфа и того самовлюблённого мя… мужлана и нахала, который с ним. Только зачарованные кандалы снять не смогла, но меня это не сильно-то и заботит. Мне пока что пожить ещё хочется, а Бал его знает, что мог бы сделать тот придурок.
Услышав наконец то, что я хотела услышать больше всего, я вздохнула спокойно и даже позволила себе фыркнуть. Оказывается, у Лив уже был какой-то конфликт с сокамерником Фарвила? Однако… Интересно, что же я здесь пропустила такое интересное, и было ли оно интересным и на самом деле?
Но сейчас дипломатические разборки и вопросы того, «как завести друзей и научиться менять мир», или что-то в этом роде, меня в принципе не интересовали. Куда интереснее было то, как вынести целый форт бандитов — и остаться при этом в живых.
В другое время я самонадеянно считала себя чуть ли не бессмертной, но серебряный мусор, запущенный кривой рукой мне в бок, наглядно доказал, что бессмертны в этом мире только боги. Как, впрочем, и во всех других.
— Давай, иди за мной! — шепнула вампирша, и я увидела, как она снова улыбается — Я покажу тебе, откуда начнём. Надо же мне научить вервольфа охотиться!
Я только недовольно сморщила нос и повела мордой, словно давая понять, что такие шутки, как у пьяного рифтенского мишака, лично я считаю неуместыми. Волчья сущность — предательница — решила, что это было вполне себе ничего.
В полном молчании и абсолютной тишине мы с вампиршей добрались до полуприкрытой двери, за которой, судя по всему, находилась то ли столовая, то ли кухня. Потому что, учитывая «ароматы», доносившиеся оттуда, стало понятно, что именно там и была местная жральня. Потому что ни в одной кухне или столовой вот так пахнуть не могло.
— Фу! — прошептала вампирша, сморщив носик — Интересно, что они там готовят? Дохлого злокрыса? Или уже протухшего? Злокрысы едят злокрыса? Каннибалы!
И я была с ней полностью согласна. И как волк, и как человек.
Но в следующий момент я наплевала на всякую скрытность и презрела план, которого, на самом деле, и не было изначально. Если, конечно, не считать планом оптимистичное и бодрое «как выскочу, как выпрыгну — пойдут клочки по закоулочкам».