В самом начале моего появления в Скайриме я отбилась от тех, кто должны были быть «моими» (про Дага и Асу я пока не буду вспоминать, там и так понятно, что они были со мной и до последнего рассчитывали на помощь и заступничество от меня, Марии, то есть, Амалии), — и улизнула от «моего» генерала Туллия так, словно у меня в роду были зайцы, умело запутывающие следы. Единственное, что мне вроде б нормально удалось, — это спасти предполагаемого будущего Довакина, пострадавшего от моей любимой по игре Империи, а вот потом всё пошло как-то сильно не по плану. Не думаю, чтобы старая Анис отравила нас каким-то ядом, который теперь невозможно будет вывести из организма, тем более, без последствий, — но меня не оставляло нехорошее и гложущее ощущение, что я вольно или невольно послужила причиной смерти двух человек.
Моя новая или прежняя совесть оказалась на редкость несговорчивой и мои оправдания, что я заперла в подвале того, кто убил старуху и, возможно, точно так же мог убить и нас с эльфом, её не трогали. А всё-таки… я вспомнила этот странный запах духов, напоминающий запах молодой зелени и сладостей, и мне казалось, что его обладателя я уже когда-то встречала. Вот только его лица я вспомнить не могла.
— Ну, на свободу! — сказала я, когда мы с эльфом подошли к открытой двери, за которой начинал синеть зимний вечер.
Вечереет здесь рано, особенно учитывая, что Скайрим — это северная провинция, а сейчас ещё и зима.
После этого я вытолкнула эльфа, безропотно взявшего набитый второй рюкзак и какой-то тюк и теперь ждущий моих приказаний. Я прикрыла дверь за нами, стараясь не думать, почему она так тяжело закрывается, и уже начала раздумывать, в какую сторону теперь отсюда Ривервуд, как услышала за домом какое-то смутное движение…
Глава 10. Гледа Вторая и «Всё на свете обман»
«Лес, некогда полный птичьих песен, шороха, шелеста, поразило проклятие, и деревья обратились в соляные столбы. Все вокруг мне враждебно. Эти величавые останки, такие черные — черней, чем железный панцирь, одевший холмы, — меня отвергают. Зачем я здесь, живой среди этого нетленного мрамора? Смертный, которому суждено обратиться в прах, — зачем я здесь, в царстве вечности?» А. де Сент-Экзюпери «Планета людей».
***
« — Дурень, ты его просто выдумал, ты и сам это знаешь… Тогда все на свете обман…»
А. де Сент-Экзпери «Планета людей».
Стараясь шагать как можно тише, чтобы не обнаружить себя перед возможным врагом (почему-то я ещё ни разу никого не рассматривала как противника, с тех пор, как оказалась в этом мире, потому что противник — это гораздо достойнее для того, кто видит ситуацию, разумеется) и попытаться рассмотреть того, кто скрывался там, в зарослях, я вышла из двери и, плавно перетекая с ноги на ногу, заглянула за угол, — туда, откуда донёсся шум.
С одной стороны, если я только что справилась с одним… супостатом, пусть даже и совсем не спортивными методами — значит, мне могло повезти и во второй раз. Хотя в этот раз я уже никого не затолкну в этот чёртов подвал, скорее уж в случае моей ошибки туда запихнут меня саму, и в лучшем случае уже в виде трупа, а значит, действовать придётся уже здесь, на твёрдой земле и под ёлочками. Конечно, я поступила более чем жестоко с тем, кого даже не видела в лицо и кто незадолго до этого убил старуху Анис, а значит, мог бы убить и меня с моим спутником… но инстинкт самосохранения как-то не был обеспокоен ни моей нравственностью, ни облико морале, очевидно, решив, что ему главное — это обеспечить выживание, причём комфортное, и максимальную безопасость и себе самому, и мне, а заодно и тем, кого я в данном случае считала «своими».
И от такой двойственности ситуации, когда сами понятия «плохо» и «хорошо» отошли куда-то в тень и, казалось, стали уже не такими значительными, как раньше, на душе было как-то гадко. Интересно, так ли чувствовали себя все бандиты и разбойники перед тем, как осознать себя именно такими, а потом объединиться с себе-новыми подобными и уйти жить куда-нибудь в пещеру или в старый форт? Неужели для меня все вопросы нравственности, морали и прочее, чего я и раньше не особо-то придерживалась, но всё-таки чтила кодексы, теперь будут только пустыми словами на бумаге, и которым в жизни больше не будет места?
Я зажмурилась, потрясла головой и снова открыла глаза. Чего я хотела этим добиться? Увидеть толпу людей, выбегающих из-за ёлочек с криком «Розыгрыш! Вас снимала скрытая камера!» Или же, что было бы в этой ситуации более разумно, увидеть где-нибудь на фоне красивого зимнего неба системное оповещение вроде «Вы получили новое достижение: Душегуб. Задание выполнено. Теперь вы пользуетесь плохой репутацией. Добро пожаловать в преступную среду Тамриэля».