Молодой мужчина со светлыми волосами вглядывался в темноту, но так никого и не увидел.
— Пенёк! — позвал он — Вот ведь дурная псина. Мамаша, ты и правда хочешь сходить к этой травице? Ты уверена, что это её собака пришла к нам?
Пенёк, ясное дело, ничего по этому поводу сказать не мог, потому что был ни при чём. Он крепко спал на заднем дворе в таверне «Спящий великан», где добрый повар угостил его до отвала вкуснейшими мясными обрезками. Пусть его конура была не такой тёплой и в тот угол, где она стояла, иногда попадал снег, но Пеньку это не мешало. «Сытому псу холодно не бывает.» — думал он.
— Как знать… — задумчиво протянула Хильде, одеваясь — Собаки просто так не прибегают ни к кому, и уж тем более, не воют. Иди предупреди Камиллу, что ты уходишь и скоро вернёшься. Да, и завтра я жду вас всей семьёй! Я так давно не видела внуков!
— Ну, мамаша… — протянул Свен — Ты ведь их только позавчера вечером видела, они весь день у тебя сидели! Хорошо, я скажу Камилле, что завтра мы все придём к тебе.
— А я и говорю — давно не видела. — подтвердила его мать — И не забудь одеться потеплее! В лесу будет холодно.
Пленник подвала находился в том странном состоянии, когда реальность уже почти ничем не отличима от яви. Свеча догорела, а потом снова зажглась, или ему это просто показалось? Или он сам зажёг её? Понемногу тишина рассеялась и её стали заполнять какие-то странные звуки. Так хотелось спать… или он и так уже спит? А можно ли хотеть спать во сне? Он так сильно устал и не спал так давно, что, наверное, можно. А можно ли хорошо отдохнуть, если уснуть два раза подряд?
— Отдохни… — прошептал один призрак.
— Конечно, можно. — ответил другой. — Ты посмотри, он уже давно здесь, а всё никак не может привыкнуть! Не может… не мо-оже-ет… — прошелестели два призрака, глядя куда-то в угол, где то ли валялся какой-то тюк, или мешок с корнеплодами, или и правда кто-то лежал. Может, и правда тот самый призрак, который никак не мог принять свою судьбу и смириться с таким посмертием?
Сверху донёсся шум моря, потолок изогнулся волнами, пошёл рябью. Призраки притихли и стали прислушиваться. Там, наверху, кто-то вздыхал и ходил, стонал, заглядывая во все углы, трещало и стонало дерево, словно пришёл огромный лесоруб и стал широкими взмахами топора рубить и лес вокруг, и саму опустевшую хижину Анис. Потом дверь подвала распахнулась, глухо ударив об пол и жалобно звякнув металлическим кольцом по дереву. Мигнул и загорелся ярче свет свечи, которую кто-то держал над открытым подвалом.
— Во имя Девяти… — потрясённо произнесла старуха, ничуть не похожая на Анис — Сибби? Сибби Чёрный Вереск? А что ты здесь делаешь? Как ты здесь оказался?
Освобождённый из плена не знал, что ответить. Он не узнавал этих двоих, — маленькую старушку в тёплой накидке из чернобурки и высокого статного парня со светлыми волосами, завязанными в узел, и уж тем более не мог понять, отуда они его знают. Но по тому, что они сами пришли сюда, чтобы освободить его, он понял, что это не они заперли его здесь. А может, и они?
— А я Хильде, из Ривервуда. — словоохотливо сказала старушка, даже не поняв, что этими словами она спасла жизнь себе и своему сыну — Я приходила к Анис за травами и зельями, она живёт недалеко от нас и я уже давно захожу к ней. У нас с ней общие знакомые в Вайтране… были. Вот, сегодня я подумала, что надо бы навестить мою старую знакомую, потому что когда старая женщина живёт одна, мало ли что может случиться, опять же, лес рядом…
«Нет, это были не они. Иначе зачем они стали бы меня спасать? Да и не похожи они на тех, кто способен на такое. Простые необразованные крестьяне, покупающие травки и зелья и верящие в глупые суеверия. Пусть живут, так и быть. А ведь если бы не они… Меня бы в скором времени точно не было. Но кто же это мог быть? Девка-то умерла! И она не смогла бы одна придвинуть такой тяжёлый сундук! Тем более, я видел, в каком она была состоянии…»
— Послушай, Сигвальд, — нет, этот белобрысый парень определённо начинает его раздражать! — А как ты вообще в её подпол попал? Кто тебя там запер?
— Я не Сигвальд, а Сибби. — почёркнуто-вежливо ответил освобождённый, сидевший на стоявшем в стороне стуле. Не то, чтобы ему так уж хотелось присесть, просто не хотелось показывать, как ему трудно стоять и ноги трясутся от всего пережитого. При отсутствии или исчезновении малейшей опасности у Сибби просыпалась гордость, которую он сам считал фамильной, но про которую он никогда не смог бы сказать, от кого именно она ему досталась по наследству.
— Да мне без разницы, все эти ваши имена богачей. — ответил парень, улыбаясь — Кто тебя запер-то? И кто убил Анис? Может, позвать стражника? А то это не дело, — старух убивать и запирать людей в подполе!