— Ты просишь меня вести вас? Хорошо, я поведу. Вот мой первый приказ. Павел Арсентьевич остается живым.
Партизаны медленно кивнули.
— Мы подчиняемся твоему первому приказу, — сказала Айра.
Далеко наверху прогремело.
— Это наши пугалки, — сказал Зззз. — Там кто-то уже бродит.
— Слушайте второй приказ, — сказала Ника. — Вы помогаете нам выйти, и мы с вами навсегда прощаемся.
— Мы подчинимся твоему второму приказу, — ответила Айра. — И все же, я надеюсь, ты передумаешь. Прошу тебя поехать с нами и выслушать нас.
— Зачем мне это?
Айра спустилась с платформы и чуть согнувшись выписала локтями восьмерки.
— Я просто прошу, окажи услугу. Ведь Фирь спас тебе жизнь.
— Справедливо, — согласилась Ника.
— Хидэ! — громко и четко произнесла Айра.
Хидэ взбаламутила облако образов и поводила в нем пальцем. Из ее волос выглянул сияющий проводок.
— Ай, — шлепнул себя по шее Крикунов.
— Блохи? — толкнул его в плечо Савелий и тут же хлопнул себя загривку. — Больно же!
Тайгер едва заметно поморщился и коснулся воротника.
— Яд или взрыв? — спросил он.
— Два яда, один взрыв, — сказала Айра. — Одно неверное движение и вы мертвые.
— Даже лучше ни о чем таком не думать, — звонко сказал Зззз. — Расслабьтесь.
— Так не честно, — скорчил лицо Савелий. — Ох, наверное, лучше не нервничать.
— Обязательно было их минировать? — спросила Ника.
Айра на несколько мгновений опустила глаза, будто вопрос был сложный, и спокойно ответила:
— Да. У Тайгера есть потенциал, но доверять ему рано. Ты пощадила Крикунова, но отпустить его мы не можем. Если ты не поведешь нас, твой первый приказ отменяется. А если согласишься, Хидэ всего лишь сделает ему надрез на мозге, и он все забудет.
— Послушайте, барышня, — обратился Крикунов к Айре.
Айра показала на Нику и властно заявила:
— Я опора лидера партизанского отряда, а не барышня.
— Прошу прощения, — почтительно поклонился Крикунов. — Я могу высказаться? Благодарю, — он прокашлялся. — При всем уважении, заместитель командира, но ни вы, ни ваш, так называемый Эксперт, понятия не имеете, как тут все устроено. Власть меня приговорила к смертной казни, без суда, между прочим, и следствия. А вменяется что? Ладно бы шпионаж. Но содействие упырям!.. Сильнее выпачкаться невозможно. Любой дознаватель Надзора, не то что принять мое предательство, видеть меня побрезгует. Один у меня способ выжить — к вам примкнуть. Считайте это официальным прошением принять меня в партизанский отряд.
— Ренегат, — бросил Савелий. — Шкуру свою спасаешь?
— А сами то вы что?.. — покраснел Крикунов.
— Так и думал, что заведется, — рассмеялся Савелий. — Да у меня просто «ренегат» на языке вертелось. Удачно подошло, да?
— За мной, — сказала Айра.
Платформа отвезла всех наверх. На мостике дымились трупы тюремщиков и невыносимо пахло гарью, металлические двери были раскурочены. Хидэ запустила половину облака в тусклый проем и вскоре доложила:
— Надо идти в обход.
Крикунов осторожно заглянул в зарешеченную кабинку, брезгливо отпихнул кресло с обугленным мертвецом и защелкал по металлической клавиатуре.
— Павел Арсентьевич, вы идете? — спросила Ника.
— Одна секунда, — вытирая от копоти экран, ответил Крикунов. — Не обманули партизаны. Меня и вправду приговорили. Казнь на сегодня назначена.
Бежали по мудреной системе коридоров под мигание аварийных ламп. Облако Эксперта вихрилось вокруг Хидэ, щелкали электронные замки, разъезжались гермоворота. Затем партизаны и бывшие узники долго поднимались на лифте и оказались в темной, пахнувшей сырой землей комнате. Оттуда они проникли в заброшенный канализационный коллектор, который вывел к люку в душный ангар с военными самолетами.
У выхода из ангара их ждал серый автозак. Ника окинула взором раскаленный солнцем аэродром. Повсюду валялись мертвые военные низшие. Трупы отдавали Вечности последние эфирные остатки.
— Это вы их? — спросила Ника.
— Мы партизаны, а не головорезы, — ответила Айра. — Упыри тоже отсюда проникли в тюрьму.
Зззз и Хидэ залезли в водительскую кабину, остальные расположились на жестких лавках в фургоне. Савелий сразу задремал, Крикунов уставился в одну точку. Биоробот Фирь по очереди переводил тяжелый взгляд от одного к другому, словно бы, пытался пересчитать сидящих, но каждый раз сбивался со счета и начинал заново. Айра и Тайгер оживленно беседовали на своем гортанном наречии. Затем они стали ругаться, размашисто жестикулируя, потом внезапно рассмеялись. Так и продолжали они весело общаться, пока машина не остановилась.
Распахнулись двери фургона. Ника прыгнула с подножки на искусственную траву крытого футбольного поля. Под арочным потолком горели продолговатые фонари. От трибун к автозаку шагала дюжина полицейских. Подполковник, что был во главе, козырнул Айре: