— Ты сказала Ника Хабарова?
— Да.
— Где она?
— Рядом. Мы в доме ее родителей. На Земле, судя по всему, произошло неполное вторжение. Ника утверждает, что слышит какого-то мощного злого духа, демона. Я решила помочь уничтожить носителя, а затем вместе с Никой уйти за горизонт. Я связалась с вами и тем нарушила все наставления, но уверена, что сделала правильно.
Карохар сдавлено расхохотался, а когда успокоился сказал:
— Ты поступила более чем правильно, ты несказанно мудра. Мне не терпится скорее встретится и обнять тебя. Но я вижу тревогу в глазах твоих. Скажи мне, о чем ты думаешь?
— Я не понимаю нашу роль… Тот за кем охотится Ника…
— Мы творим благое, — перебил Карохар. — Достижение наших целей имеет множество инструментов. Я мог бы сказать, что твой сан в иерархии не позволяет тебе знать всего. Но я скажу другое. Твой сан в иерархии больше не Наблюдатель, отныне ты Дарующая.
— Спасибо, — поклонилась Хидэ.
— А теперь я поведаю тебе истину, ты знаешь где слушать меня.
Хидэ расплылась в широкой улыбке, медленно закрыла глаза и исчезла.
— Сектанты, — презрительно сказал Крикунов. — Тьфу.
— Я прикончу ее, — проскрежетала Айра.
— Я может быть сейчас глупый вопрос задам, — сказал Бородин. — А нельзя ли эту запись отправить каким-нибудь правоохранительным органам высших?
— Никто даже не взглянет, — пояснил Савелий. — Этот же Эксперт за долю секунды умеет любой визуальный компромат состряпать, но никто в него не поверит, потому как все знают, что Эксперт такое может. Понимаешь в чем дело, мы высшие, умишком от низших может быть и мало отличаемся, однако в культурном плане разницу имеем. Высшие с молоком матери усваивают четко: не всему, что видишь, можно верить.
— К тому же Карохар не сказал ничего особенного, — произнес Крикунов. — Мало ли, пообщался с агентом. Основной их разговор в астральном плане прошел, а его не запишешь.
Айра с рычанием укусила себя за предплечье, затем резко выпрямилась:
— Я только сейчас начинаю вспоминать дурацкую привычку этой мерзавки Хидэ все время куда-то исчезать. Хватишься Хидэ, нет ее. То она себя плохо чувствует, то устала, то ей грустно вдруг и надо одной побыть. До сих пор не понимаю, как она убедила меня, что Сантонтро хотел на Землю к Рудокопам идти. При мне он не говорил об этом.
— Айра, если внутренняя сеть открыта, взгляни, пожалуйста, что о моих химиках слышно, — попросила Ника.
Айра перемешала образы:
— Разыскиваются Дальневосточные химики: особо опасные клятвопреступники, изменники, убийцы и пособники врагов внешних, внутренних и запокровных. На фабриках, магазинах, комбинатах, лабораториях проводятся обыски. Все резиденции отчуждены.
— Если в розыске, значит за горизонт ушли, — сказал Савелий. — Давно пора было. Все на что-то надеялись. Думали, раз высокий статус у них так это индульгенция. Им особый статус на то и дали, чтобы расслабились. Они и расслабились, заважничали. А я в корень зрю, в далекую перспективу. Помяните мое слово, спросит еще Власть с химиков. Нет у Владык нейтральных. «Кто не с нами, тот против нас», вот их основополагающий принцип.
Вдруг над оврагом появилось прямоугольное окно в пространстве, за которым рядом с входом в продуктовый магазин сидели три пожилые торговки. Одна продавала банки с квашеной капустой, другая зеленый лук и редиску, третья капроновые мочалки.
— Квартиру на сутки сдала, — поведала торговка мочалками. — Денег в два раза больше отвалил, чем просила.
— И чего хвастаешь? — спросила та, что торговала капустой.
— Ничего не хвастаю, — рассердилась торговка мочалками. — Ты дальше послушай. Странный какой-то, вся морда в наколках, он ее в капюшоне прячет. И руки тоже в татушках. Расплатился, зыркнул: «Забудь меня. Помни что квартиру кому-то сдавала, а меня забудь». Я ему: уже забыла, надо больно каждого помнить. Кого если приведешь, не орите тут — соседи нервные. А он вытаращился и опять три раза: «Забудь, забудь, забудь». Я и ушла, не по себе стало, энергетика у него мощная.
— А ты прямо-таки энергетику чувствуешь? — скривилась продавщица капусты.
— Чувствую.
— Экстрасенка, — усмехнулась продавщица зелени.
Окно в пространстве свернулось. Айра хлопнула по браслету.
— Наш клиент, — сказал Савелий.
— Надеюсь, сегодня все закончится, — сказал Крикунов, поднимаясь. — И я найду за горизонтом далекий райский мир, где можно провести остаток дней в тепле и уюте.