За спиной господина Шайкрана разверзлась круглая дыра в пространстве. Отборочный совет вошел в нее и исчез вместе с туманным сводом. Хлынул ливень.
Народ начал разбегаться. Ника и Тайгер остались одни.
— Ребро сломано, — с улыбкой хватаясь за бок сказала Ника.
— К лекарям?
— Еще чего. Отвези меня домой, пожалуйста.
Они дошли до парковки. Тайгер сел за руль красного спортивного «Бентли» Ники. Она села рядом и спросила:
— Я, правда, симпатичная?
— У тебя лицо опухло.
— Как ты нестабилен в комплиментах.
— Прости, я другое имел в виду…
Ника улыбнулась, и улыбка болью отозвалась в разбитой скуле:
— Поехали, ремонтировать меня будем.
Через пятнадцать минут автомобиль остановился во дворе элитной многоэтажки в Новых Черемушках. Поднялись на шестой этаж, вошли в квартиру. Длинную прихожую занимали гидропонические установки с дышащими инопланетными грибами. Ника прошла в спальню.
— Голоден? — спросила она Тайгера, открывая шкаф с одеждой и полотенцами. — Чай, кофе, молоко, холодильник, все на кухне. Хозяйничай. Только не перепутай, там два холодильника. В белом еда, в красном всякие штуки токсичные. Будь осторожен.
— Какой у тебя в доме запах, — с удовольствием принюхивался Тайгер. — Невозможно оторваться. Какое-то благовоние?
— Точно же, — воскликнула Ника. — Совсем забыла. Хотя, ладно, сначала душ.
В ванной Ника разделась перед зеркалом. Внимательно осмотрела разбитое лицо, ощупала ушибы и ссадины. На теле серьезных повреждений, не считая трещин в скуле и ребре не было. Она порылась в шкафчике со склянками, достала бутылку, выпила обезболивающего эликсира.
После душа Ника вытерлась, надела купальник и, позвав Тайгера, подошла через коридор к обитой серым мехом двери.
— Запах говоришь нравится? — спросила она.
— Чудесный, — отозвался Тайгер.
— Ну, проходи.
В большой комнате располагалась химическая лаборатория. На стеллажах громоздились склянки, колбы, дистилляторы, машины для перемешивания препаратов. Стены были увешаны пластинами с обережными надписями и листки с мандалами и формулами. С потолка свисали мохнатые амулеты.
На огромном глянцевом столе покоились в строгом порядке части человеческого тела. От них исходило вязкое благоухание. Череп, зубы, кучка ногтей; столб квадратных кусков кожи, позвонки в стеклянном сосуде; высушенное сердце, печень, почки, кубики мяса; кишки в пластиковых пакетах; связки ровно обрезанных костей.
— Кто это? — спросил Тайгер.
— Жрец-духовидец, — ответила Ника. — И драматург по совместительству. Поклонники уверены, что его идеи положат начало глобальной религии. За год четвертый заказ такой. Развелось основателей.
Она поднесла к уху мобильник:
— Алло. Ну, наконец-то. Я знаю который час, мой телефон умеет показывать время. Днем до вас не дозвониться. Вы мощи собираетесь забирать? Что значит позже? У меня тут не хранилище. И вообще я скоро уезжаю. Да, надолго. Я предупредила. Пока.
Ника отодвинула вглубь стола останки жреца. Разложила на освободившемся углу банки с мазями, открыла крышки и уселась на табурет.
— Что нужно делать? — спросил Тайгер.
— Для начала вправь мне нос. Справишься?
— Мне приходилось в походе вырезать аппендикс солдату. Будет больно.
— Мне можешь не объяснять, — усмехнулась Ника, подняла лицо и зажмурилась. — Начинай, я терпеливая.
Тайгер взялся за ее нос и резко с хрустом повернул.
— А-а-а!!! — заорала Ника, вскакивая с табурета. Она прыгала на месте и кричала. — Тайгер! Боги, боги! Живодер.
— Но ты же сама попросила, — смутился Тайгер.
— О, Покров Предвечный. Даже эликсир не помогает. Предупреждать же надо. Даже Дэвид Уильямс так больно меня не пинал.
— Извини.
— Да нет, ничего, — уже смеясь, сказала Ника. Она села на табурет. — В ваших краях не бывает такого: «на счет раз, два, три»? Ладно, забей. Натри меня этими мазями. Вперемешку.
— Много наносить?
— Не жалей, хуже не будет. Только не дави, нежнее.
— Постараюсь.
Тайгер набрал на два пальца мази из трех банок и прикоснулся ко лбу Ники. Мазь на секунду вспенилась и растеклась по коже маслянистой пленкой.
— Не грустно родину покидать? — спросил он.
— Грустно было бы в этой дыре навсегда остаться. Меня здесь ничего не держит. Моя семья… Ладно, не будем об этом. Теперь предо мной просторы, миры. Даже не верится. Я еду на Аффаард. Храмы Мудрости, библиотеки, наставники…
— Монастыри, — добавил Тайгер.