Девушка галлюцинация разгуливала по переходу и пялилась на прохожих. Майкин понаблюдал за ней. Валерий Петрович, наморщившись, проследил за траекторией взгляда коллеги.
— Я пойду, у того выхода встану, — сказал Майкин.
Сыграв несколько иностранных песен, Майкин пересыпал мелочь в карман ветровки. Было мало, как, впрочем, и всегда в утренние часы. Он заиграл шестую песню «People Are Strange» группы The Doors. Перед ним появился Борян, девушка-галлюцинация встала рядом. Борян сделал Майкину знак рукой «продолжай не останавливайся», и когда Майкин допел, тот одобрительно хмыкнул. Майкин обрадовался радостью служащего, получившего похвалу от начальства.
— Знаешь о чем он сейчас думает? — спросила голая галлюцинация и Майкину стало зябко от вида ее босых ног на холодном полу. — Что ты, неважно выглядишь и, скорее всего, что-то принимаешь.
— Какие у тебя там терки с Хариусом? — спросил Борян. — О чем это Петрович лепечет?
Майкин рассказал все как было. Борян переменился в лице, вытащил телефон и пошел из перехода, крича в трубку.
— Не обольщайся, — сказал галлюцинация, — это он не за тебя ругается. Просто воспринял как личное оскорбление. Нужно тебе было сначала взаймы попросить. Упустил ты свой шанс, милый мой шизофреник. Ты долго собираешься быть неудачником?
Майкин отвернулся, взял вещи и направился к Валерию Петровичу. Тот вовсю отплясывал и хрипел неприличные куплеты. Вокруг стояла толпа человек десять, некоторые хлопали в такт. Куплетист заметил, что Майкин хочет к нему обратиться, но в этот раз не остановился. Поразвлекал публику еще немного, раскланялся под бурные овации и только тогда заговорил:
— Слушаю тебя, Витечка.
Майкин рассказал ему о том, что видит галлюцинацию и пожаловался, на ее оскорбления. Валерий Петрович внимательно выслушал и сказал:
— С подобным феноменом я сталкивался в прошлом году, когда «белочка» со мной приключилась. Но явились и разговаривали со мной не черти, и не баба красивая, как у тебя, а ни за что не догадаешься кто.
— Кто? — с большим любопытством спросил Майкин.
— Белочка, — выпалил с чувством Валерий Петрович. — Фиолетовая. Она сказала мне, что организму, то бишь моему, лишь определенное количество спиртного в жизни отмеряно. И я это количество уже выпил. Так вот, если замахну еще хоть одну рюмку, тут же помру, ёк-марарёк.
— А ты? — зачем-то спросил Майкин, прекрасно зная, что куплетист пьет каждый день.
— А я ей не поверил, — по-простецки ответил Валерий Петрович, пожимая плечами, — и был, надо сказать, прав.
Майкин вернулся на прежнее место и задумался: получил он поддержку или совет, или не получил ни того, ни другого.
Он отработал в переходе весь день. Вечером приходил помощник Боряна, забрал долю профсоюза. Майкин пересчитал свой заработок. На оплату комнаты, конечно же, не хватало.
Майкин зачехлил гитару и поднялся из перехода в Ильинский сквер. Пустой желудок урчал. Сквозь моросящий дождь пробивался запах шашлыка. Был соблазн потратить все оставшиеся деньги на мясо и пиво. Если уже придется перебраться к мусорщику, то, по крайней мере, можно будет вату в нос засунуть и спать на кухне, все-таки кухню Валерий Петрович держит в относительной чистоте.
Майкин позвонил Боряну — не доступен. Затем позвонил, просто на удачу, знакомым. Один знакомый долго не хотел узнавать кто такой Витя Майкин, но когда уже было никак не отвертеться сказал: «А Витька, ты что ли? Нет, денег у самого голяк, жена, ребенок, сам понимаешь. Ты то как? Ой, мне тут разговаривать неудобно. Рад был услышать тебя, Витька. Пока-пока». Второй как взял трубку, сразу же ответил: «Я перезвоню» и отключился.
— И что дальше? — спросил он голую девушку, которая не отходила ни на шаг. Он усмехнулся тому, что все-таки заговорил с ней.
— Покорять шоу-бизнес, — ответила она.
— Шоу-бизнес, говоришь. — Майкин расстелил полиэтиленовый пакет на влажную лавочку под деревом, уложил рядом гитару и рюкзак, сел и стал внимательно рассматривать голую красавицу. Хороша, нечего сказать, не совсем точная копия фотошедевра — у галлюцинации глаза уж больно холодные, пронзительные, но все равно хороша.
Он не выдержал ее взгляд, отвернулся.
— Ты не могла бы одеться? Или мне нужно просто представить тебя одетой, как это работает?
Она присела рядом.
— Так сойдет?
Майкин посмотрел на нее. На девушке теперь был серый плащ и красные туфли. Мимо прошла женщина в таком же плаще и такой же обуви. Майкин взъерошил волосы и простонал: