— Все, поплыла, — усмехнулась Бэлла и вытянула губы Мафе. — С дуба бабонька рухнула. Того самого, ку-ку. — Мафа заботливо вытерла салфеткой шоколад с лица Бэлла. — Звони, давай. Своему этому, на два года который старше. Как его хоть зовут?
— Денис Полосинский из клана Настройщиков.
Ника достала смартфон, пролистнула список контактов.
— Ника, я жду, — сказала Бэлла, жеманно хлопая глазами.
— Алло, Денис, это Ника. Я тебе девушку нашла. В общем, я ей много о тебе рассказывала. Хочет с тобой встретится. Бэллу ясновидящую знаешь? Дуй к ней прямо сейчас. Чего? Сам ты толстый. Да никакая она не старая. Слушай, худой-молодой, я ведь матери твоей позвоню. Одна нога там, другая у Бэллы.
Ника убрала телефон.
— Ты еще заплатить обещала, — напомнила Бэлла.
— Последний вопрос, — сказала Ника. — Как думаешь, на мне нет…
— Венца безбрачия? — догадалась Бэлла. — Мужика хочется?
— Какая ты грубая.
— Не ссы, нет проклятья.
— Значит я еще встречу…
— Я тебе не гадалка, — нервно сказала ясновидящая.
Ника вытянула из-под стула пакет, швырнула Мафе. Помощница проворно поймала оплату и побежала вглубь дома.
— Отдай, мымра, — погналась за ней Бэлла.
В дальних комнатах загрохотала падающая мебель.
Ника вырулила на Садовое кольцо. Посмотрелась в зеркало заднего обзора. Мазь подействовала отлично — синяки и ссадины рассосались.
Кошмарная песня сидела в голове, словно слабая ноющая боль, которая раздражает, как только о ней вспоминаешь. Сама ты, Бэлла, с дуба рухнула, думала Ника, а я слышу то, что слышу. Источник звука в городе. Наверное. Вчера с юго-запада, а сегодня не ясно, то ли с севера, то ли из центра.
Ника остановила машину возле Калужской площади. Вошла в состояние мономира и взглянула на памятник Ленину — энергомаркер, сооруженный на месте уходящего в космос мощного геостолба. Что-то было не так. Статуя тревожно мерцала. Ника открыла дверцу, вышла присмотреться, начала считать.
Раз. Два. Три. Восемь. Восемь мирных призраков. Три человека, с родимым пятном на лице. Высший меня заметил. И пласт пульсирует. Еще призрак. Посмотрел или нет? Вроде нет. Лужа колышется. Окурок дымит. Воробьи встали стрелкой. Знаки взбесились. Но правильно ли я толкую? Надо еще раз призраков пересчитать. Девять. Наверняка, вы что-то знаете.
И вдруг девочка мирный призрак в оранжевой бейсболке, дернулась, будто в конвульсиях. У Ники екнуло под сердцем. Призрак прошел по площади и в последний миг, прежде чем зайти за постамент, обернулся и как-то безучастно посмотрел на Нику. От изумления она присела на корточки и схватилась за щеки. Призрак смотрел именно на нее.
Ника помчалась к машине. И только она подошла ближе, ее «Бентли» окружили четыре черных «Гелендвагена» с мигалками. Из «Гелендвагенов» вышли мужчины в кремовых костюмах.
— Хабарова Ника? — спросил один из кремовых. От остальных он отличался более зрелым возрастом и тем, что носил на лацкане значок «снежинка в круге».
— Вы ошиблись. — Ника не смогла удержаться, вид мужчины со значком почему-то располагал для шутки. Он был лет пятидесяти, с большими залысинами, переходящими на макушке в плешь.
— Я же знаю, что это вы. Проедемте с нами.
— А вы кто такие? — спросила Ника, прекрасно понимая, кто эти высшие.
— Власть, — недовольно ответил человек с залысинами. Он распахнул дверь одного из «Гелендвагенов» и сделал приглашающий жест. — Меня зовут Павел Арсентьевич Крикунов, я начальник…
— Я за вами на своей поеду, — невозмутимо перебила Ника. Но внутри ее распирало от радости, улыбка рвалась наружу. Вот оно. Началось. За мной приехали, чтобы отправить на Аффаард.
— Невозможно, — сказал Крикунов. — Протокол. До тех пор пока у вас нет допуска, вы не вправе знать маршрут. Мои люди отгонят ваш транспорт на спецстоянку.
Ника пересела в «Гелендваген». Дверь за ней закрылась. Окна свет не пропускали. В темном салоне она была одна, машина двигалась на автопилоте.
Ника не стала терять времени даром, сложила ноги в позу лотоса, закрыла глаза и мгновенно погрузилась в глубокую медитацию. Надрывные ноты жуткой песни мешали сосредоточиться, но все же Нике удалось сфокусироваться на вчерашнем видении. Вспомнить не получалось. И тогда она решила попробовать почти забытую технику. Открыла срединный канал и позволила перемешаться мягким и восходящим энергиям. Она узнала это ощущение.
Три года назад, когда Ника только приехала в Москву, записываться в соискатели на Аффаард, она совершила большую глупость. Отдала старцу-бродяге весь запас желтых психотропиков, для приготовления которых полмесяца собирала по всему миру сырье, и еще полмесяца трудилась над продуктом. Взамен старец пообещал научить вспоминать прошлые жизни. Расчет Ники был прост, а цель соблазнительна: используя опыт предыдущих воплощений, быстро и не затратно обрести знания.