Ника кричала, махала, посылала ответный зов. И вдруг она ясно поняла — ответный зов родные не получают, они приехали взглянуть на место ее гибели.
Машины резко сорвались с места и, оставляя пыльный шлейф, скрылись из виду. Горло Ники сдавило, глаза увлажнились. Закусив губу, она спустилась. Внизу ей стало стыдно за то, что она хотела плакать.
— Все равно убегу, — сказал она вслух, обращаясь ко всему поселку, и треснула кулаком по кирпичам водонапорной башни.
В поясницу ей что-то больно кольнуло. Ника резко обернулась, принимая боевую стойку, но перед ней никого не было.
— Неправильно, — раздалось за спиной.
Баба Зоя вышла из-за крупного дуба, который находился метрах в двадцати от Ники. Старуха трясла челюстями и насмешливо глядела.
— Что неправильно? — раздраженно спросила Ника.
— Все неправильно. Смотри сюда. Что видишь?
Баба Зоя поскребла палкой тропинку. Из норки в земле какое-то время выползали муравьи задом наперед, а затем мгновенно сменили направление, пошли вперед, в нору.
— Сюда смотри, что видишь? — старуха указала палкой куда-то вперед и вниз.
— Кости валяются, — ответила Ника.
— Не то.
— Столб стоит.
— Не то.
— А что не то? Столб и кости. Что еще? Ого! Вот это да. Столб тень не отбрасывает. А разве так бывает?
— Правильно. Пошли.
Баба Зоя привела Нику на улицу Пушкина. Уперлась в рычаг водяной колонки. Сил не хватало, Ника помогла дожать. Полилась вода, старуха наклонилась, присосалась к струе, попила. Опираясь на палку, медленно разогнулась.
— Там что видишь?
— Там, так, так… что там? — сосредоточилась Ника. — Птицы летят. Журавли. Клином. И что?
— Правильно. А там?
— Кошки сидят. Тоже клином.
— Правильно. А там?
— Дрова лежат. Клином!
— Знак! — Баба Зоя торжественно подняла палку над головой и потрясла.
— Я поняла, баба Зоя, — поклонилась Ника. — Спасибо тебе большое. Какая же я была дура, что хотела убежать.
Старуха плелась медленно. Ника держалась рядом, стараясь не забегать вперед, не отставать. С балкона, увешенного бельем, хмуро глядела толстая тетка. Баба Зоя остановилась и спросила ее:
— А? Жить надоело? Или мне подняться?
Тетка скрылась за бельем. Спустя несколько секунд она выбежала из подъезда и, растерянно поджимая губы, села на трухлявую лавочку.
— Говори, — велела старуха. — Не стесняйся, при ней можно.
— Баба Зоя, я это, — косясь на Нику, начала тетка. — Вот если собака по луже пробежала… три следа есть, одного нет. Комар летел, летел и сдох, пока летел. Никитка с мальчишками играли, о мячик порезались. Я им хочу сказать не балуйте на кухне, а вышло так, что как бы не для них слова, а для деда покойника.
— Ну! А сама-то не знаешь что ли? — усмехнулась баба Зоя.
— Знаю, знаю, — пылко заговорила тетка, стуча кулаком себе в грудь. — В забой пойду. Сама. День и ночь буду. Аррра, аррра. Ничего не жалко.
— Хватит, хватит, — ласково остановила баба Зоя. — Умница внучка. Ступай. Мужу скажи, чтоб ягод мне принес, как вернется.
Тетка засуетилась, всплеснула руками, будто о чем-то вспомнила и убежала в подъезд. Старуха покачала головой, словно бы говорила, ничего без меня не могут.
— Баба Зоя вы учить меня будете? — спросила Ника.
— Буду, — вздохнула с тяжелой грустью старуха.
— Если вы учить меня будете, расскажите тогда…
— Что ты хочешь знать?
Ника затараторила:
— Все хочу знать. Я голову сломала пока думала. Почему я здесь? Что вы за племя? Почему в поселке призраков нет? Почему все на меня так смотрят? Как вы зов блокируете? Вы хотите из меня лидера сделать? Себе на замену? Имейте в виду, я согласна.
— Хе-хе, — сказала старуха и пошла в сторону.
— Баба Зоя, сколько вам лет? — спросила Ника.
— Мы когда сюда пришли в 73-м, перекладывали на тутошние года. Сейчас погодь, дай сосчитаю. Сто восемь лет будет.
— С каких вы просторов? Расскажите о своей планете.
Баба Зоя что-то невнятно пробормотала. Ника не унималась:
— Я так поняла, вас в поселке жило больше, а сейчас всего три тысячи осталось, где остальные?
— Хватит разговаривать, — сказала баба Зоя. — Идем работать. Люди ждут.
С тех пор Ника с утра до вечера сопровождала бабу Зою, чья работа сводилась к двум вещам. Первое — втолковывать жителям, что правильно, а что неправильно. Поварих в столовой она заставляла менять местами кастрюли на плите. Дворникам на площади запрещала неправильную траекторию взмаха метлы. В ремонтных мастерских учила слесарей с какого бока подлезать под машину. И так далее. Второе — выслушивать людей с их наблюдениями знаков и давать абсурдные на непосвященный взгляд советы. Так водителю старого мусоровоза на его рассказ о капле, которая летела строго вертикально вверх, баба Зоя посоветовала пешком дойти до Санкт-Петербурга и вернуться обратно. Водитель тут же вылез из кабины и отправился в путь. Группе подростков поведавших, что с ними разговаривал огонь, старуха велела вырыть за свалкой десять ям.