Ника уловила, как на слове армия, Тайгер погрустнел, но тему развивать не стала. Она решила поговорить о его планете — Ника обожала разговоры о других цивилизациях. Но тут столик обступили пятеро ребят в шортах и футболках. Все они были знакомы Нике и Тайгеру — финалисты, что бились на шпиле МГУ за право остаться на нем последним. Дэвид Уильямс подбрасывал волейбольный мяч.
— Эй, вы, — крикнула им барменша за стойкой. — С мячом сюда нельзя.
— Мы сейчас уйдем, извините, — ответил один из ребят.
Дэвид слегка поклонился Тайгеру, прикладывая мяч к своей груди:
— Наше почтение, инструктор, вы позволите сказать пару слов вашей спутнице?
Тайгер сделал разрешающий жест.
— Что, Ника, довольна собой? — ехидно спросил Дэвид.
— Ну, в общем-то, да. Ты чего хотел?
— Ничего особенного, разве что в глаза твои бесстыжие посмотреть.
— Посмотрел? Давай, иди дальше играйся.
— Мошенница. Ни себе, ни людям. Из-за тебя многие мечты лишились.
Ника выскочила, вырвала у Дэвида мяч и бросила через все фойе к открытой двери в спортзал.
— Научись проигрывать. Отборочный совет считает, что я права. Значит я права.
— Дэвид, ты ведешь себя недостойно, — вмешался Тайгер.
— Нет, а чего она? — обиженно заговорил Дэвид. — Мало того, что мухлевала, так теперь еще отказалась на Аффаард лететь. Конкурс заново начинается, а мы в пролете. Ни по возрасту, ни по статусу уже не годимся.
— Ты вообще, о чем? — нахмурилась Ника.
— А то ты не знаешь?
— Ни от чего я не отказывалась.
— Как? Правда, не отказывалась?
— Говорю же нет? У тебя синдром проигравшего?
Дэвид расхохотался:
— Я понял. Есть-таки справедливость на просторах, друзья мои. Значит, отборочный совет просто аннулировал твою лживую победу. Идем ребята. Пока, неудачница. Мои почтения, инструктор.
Волейболисты ушли. Ника села.
— О чем это они? Конкурс начинается заново? Ты что-нибудь знаешь?
— Я не вхожу в отборочный совет, меня не информируют.
— А позвонить им можешь?
— Нет допуска. На режимных объектах не имею права пользоваться внешней связью без заявки, но если хочешь, я могу подать…
Ника бросилась к барной стойке, попросила телефон и справочник внутренних номеров. Позвонила в гостиницу Крикунову. По счастью он был у себя.
— Павел Арсентьевич, что это за фигня с конкурсом?
— Фигня? Какая фигня?
— Я по голосу догадалась, что вы поняли, о чем я спрашиваю.
— Знаете, да. Буквально час назад узнал. Отборочный совет принял решение отстранить вас от поездки на Аффаард и начинает процедуру регистрации новых соискателей. Об этом объявят со дня на день. Мне очень жаль.
— На каком основании меня отстраняют? — Голос Ники дрожал от негодования.
— Я вчера уже озвучивал причины. Совет полагает, что вы неадекватны и не можете представлять Землю в Цитадели Мудрости.
— А Карохар в курсе?
— Насколько мне известно, отборочный совет консультировался по этому вопросу с Верховным Консультантом. И он одобрил это решение.
Ника так разозлилась, что ей срочно захотелось что-нибудь сломать. Рука потянулась к стеклянной салфетнице на барной стойке, но предупредительная барменша салфетницу отодвинула.
— Карохар приехал? Свяжите меня с ним, — потребовала Ника в трубку.
— Я сам бы не прочь с ним пообщаться. Но, господин Карохар занят и не принимает.
— Меня примет, я вылетаю в Москву. — Ника на секунду, задумалась и спросила: — Как мне этот сделать? Нужно какую-нибудь заявку написать?
— Не забывайте, вы на службе. И под моим присмотром. Я вам не разрешаю. Не усугубляйте, вы много сделали для хорошего старта своей карьеры, работайте во Власти спокойно.
Ника бросила трубку и вернулась за столик, бледная и свирепая.
— Представляешь, это правда. Меня отстранили от Аффаарда.
— Почему? — удивился Тайгер. — Если нужно я дам показания.
— Они считают, что я с ума сошла. А я нормальная. Это все проклятый Виктор Майкин. У меня в голове его песни. На меня мирные призраки смотрели и видение… Что-то происходит. Что-то очень-очень странное. Только меня слушать никто не хочет.
— Я ничего не понял, — сказал Тайгер и коснулся ее уха. — Ты перевозбудилась.
Нику захлестнула вязкая обида. Ну почему не может быть все хорошо?
— Не хотела тебя втягивать в свои проблемы, — сказала она. — Давай закончим, мне нужно подумать.
Тайгер вышел из-за стола, подал Нике руку, помогая встать.
— Спасибо за вечер, — сказала она. — И прости, что убегаю. У меня внутри такое творится. Мне лучше быть подальше от бьющихся предметов. Еще раз спасибо, ты классный.
Вдруг что-то резко толкнуло ее в затылок. Она налетела на Тайгера и лбом уперлась в его губы.