Наоми рассмеялась.
— Правда? Вот откуда это имя?
— Так что, когда он говорит, что знает Джули, я ему верю.
Наоми хотела что-то сказать, но прикусила язык и спросила уже тише:
— Ты думаешь, она отобьет ракетную атаку?
— Миллер думает, что она сумеет. И думает, что ее можно уговорить не убивать всех нас. Я должен дать ему шанс. Я у него в долгу.
— Даже если это означает гибель Земли?
— Нет, — ответил Холден, — долг не так велик.
Наоми снова помолчала. Гнев ее остыл.
— Значит, задержать ракеты, а не подорвать на полпути, — сказала она.
— Это даст ему время. Сколько мы можем выиграть?
Наоми нахмурилась, глядя на табло. Он почти видел, как прокручиваются у нее в мозгу варианты. Она улыбнулась, ярость сменилась озорным взглядом. Так она смотрела, когда была довольна собой.
— Сколько хочешь.
— Чего вы хотите? — переспросил Фред.
— Отвернуть ракеты с курса и дать Миллеру больше времени, но не настолько далеко, чтобы при нужде их нельзя было использовать для уничтожения Эроса, — повторил Холден.
— Это просто, — вставила Наоми. — Я послала подробную инструкцию.
— Дайте мне общий обзор, — приказал Фред.
— Земля наводит свои ракеты по пяти грузовикам на поверхности Эроса. — Наоми выложила схему на экран связи. — У вас есть корабли и станции по всему Поясу. Используйте программу смены позывных, какую давали когда-то нам, и ведите ракеты на эти позывные по длинной дуге, которая в конце концов сойдется с курсом Эроса.
Фред покачал головой.
— Не пройдет. Едва малый штаб командования ООН увидит, что мы делаем, они прекратят наводку ракет по этому коду и попытаются найти другой способ попасть в Эрос, — сказал он, — а на нас тогда по-настоящему рассердятся.
— Что они разозлятся, это точно, — признал Холден, — а вот отвернуть свои ракеты не сумеют. Прежде чем вы начнете отводить ракеты от курса, мы устроим большую хакерскую атаку на их компьютеры.
— Так что они решат, будто враг пытается их сбить, и отключат возможность перепрограммирования в полете, — понял Фред.
— Точно так, — подтвердил Холден. — Мы им скажем, что собираемся их обмануть, чтобы они перестали слушать, а когда они перестанут слушать, мы их обманем.
Фред снова покачал головой, и во взгляде, который он уставил на Холдена, теперь читался страх человека, очень не желающего пятиться к выходу.
— Ни один черт меня к такому не склонит, — сказал он. — Миллер не совершит чуда, договорившись с пришельцами. Нам все равно придется взрывать Эрос. Зачем оттягивать неизбежное?
— Затем, — объяснил Холден, — что я начинаю думать, не выйдет ли так надежнее. Если мы торпедируем Эрос, не покончив с его командным центром… мозгом или чем там, возможно, это и сработает, но, думаю, наши шансы уменьшатся. Если кто и может прикончить центр, то это Миллер. А он выставил такое условие.
Фред буркнул что-то нецензурное.
— Если Миллер не сумеет договориться, он взорвет бомбу, — продолжал Холден. — В этом я ему верю. Ну, что там, Фред, вы не хуже меня знаете устройство этих боевых ракет. Даже лучше. У них горючего хватит, чтобы дважды облететь Солнечную систему. Мы ничего не теряем, дав Миллеру небольшую отсрочку.
Фред в третий раз покачал головой. Холден видел, как застыло его лицо. Он уже принял решение. Не дав ему сказать: «Нет», Холден заговорил:
— Помните ящичек с образцами протомолекулы и лабораторными отчетами? Хотите знать, какую цену я за него назначу?
— Вы, — медленно выдавил Фред, — совершенно свихнулись.
— Вы хотите его купить или нет? — ответил Холден. — Вам нужен волшебный пропуск за стол переговоров? Моя цена вам известна. Дайте Миллеру шанс, и образцы ваши.
— Хотел бы я знать, как ты его уговорил, — сказал Миллер. — Я уже было решил, что мне кранты.
— Не важно, — перебил Холден. — Мы даем тебе время. Иди, найди свою девушку и спаси человечество. Мы будем ждать известий.
«И готовиться разнести тебя в пыль, если не получим», — этого он не произнес. Не было нужды.
— Я тут думал, куда нам идти, если я с ней договорюсь, — сказал Миллер. Надежда, светившаяся в нем, словно в обладателе лотерейного билета, почти погасла. — То есть надо же нам будет где-то причалить.
«Если мы выживем. Если я сумею ее спасти. Если случится чудо».
Холден пожал плечами, хотя некому было увидеть его жест.