Но даже темнота на душе не помешала ему восхититься храмом из стали и керамики. Красотой инженерного замысла. Жаль, что они не улетели к звездам, а провалились в преддверья ада. Жаль, что он не справился с делом.
Бык попытался связаться с Сержем — не удалось. Он вызвал Корин. Хотел послать запрос Сэм, но не рискнул — нельзя было допустить, чтобы Ашфорд узнал об их связи. Просмотрел канал «Радио медленной зоны»: Моника и ее команда пока не выступали с заявлениями. Оставалось надеяться, что план Ашфорда рухнет под собственной тяжестью, так же, как сорвался план Быка. Впрочем, надежды на это было мало. Ашфорд хотел всего лишь взорвать корабль. Взрывать всегда проще, чем строить.
Бык задумался, не записать ли прощальное послание для Фреда Джонсона, но не смог решить, стоит ли ему извиниться, или воззвать к жалости, или обвинить старика за то, что дал власть жалкому сопляку Ашфорду. Поэтому он так ничего и не записал, а стал ждать и надеяться на какой-нибудь внезапный поворот событий. Для разнообразия — на удачный.
Из уходящего к корме коридора послышались шаги. Шел не один человек — двое или трое. Если за Быком явились люди Ашфорда, он мог больше не гадать, что скажет Фреду. Он достал из кобуры пистолет, проверил обойму. Тихо звякнул металл, и шаги замерли.
— Бык? — окликнул знакомый голос. — Ты здесь?
— Кто зовет? — спросил Бык и закашлялся. Сплюнул на палубу.
— Джим Холден, — ответил голос. — Ты не собираешься меня расстрелять, а? Со слов Сэм я понял, что мы вроде как на одной стороне.
В помещение склада шагнул Холден. Так вот кого она имела в виду под человеком, которому можно доверять! Пожалуй, Сэм не ошиблась. Холден никому не подчинялся. Известен был как человек без тайных мыслей. За ним с дробовиком стоял Амос Бартон. Бык сперва удивился, увидев, что раненый землянин держится на ногах, но тут же вспомнил, в каком состоянии расхаживает сам, и улыбнулся. Опустил пистолет, но в кобуру не убрал.
— Почему она так решила? — спросил он.
— Общий враг, — объяснил Холден. — Нам надо остановить Ашфорда. Если он реализует свой план, мы все навсегда застрянем здесь. А Кольцо почти наверняка убьет всех, кто по ту сторону. Землю, Марс, Пояс — всех.
Бык ощутил, как что-то сдвинулось у него в груди. То ли от подтверждения худших опасений, то ли от болезненного процесса в легких. Спрятав пистолет в кобуру, он взялся за джойстики и развернулся лицом к мужчинам. Шум меха теперь, когда было кому его слышать, показался громче.
— Отлично, — сказал Бык. — Как насчет начать сначала и объяснить, что вы вытворяете?
Быку приходилось сталкиваться с харизмой. Бывают люди, идущие по миру в облаке всеобщей приязни или власти. Харизмой обладал Фред Джонсон, и у Джима Холдена тоже наблюдались проблески. Собственно, в его прямодушной откровенности было нечто, напомнившее Быку молодого Фреда. Он говорил просто, деловито: Станция не снимет блока, пока люди не отключат все реакторы и большую часть электроники; создатели протомолекулы погибли от нападения таинственной силы, еще более мерзкой, чем они сами; Станция способна уничтожить Солнечную систему, если сочтет людей и их оружие реальной угрозой. Простота тона помогала поверить словам. Или Быку передалась вера Холдена. Или просто тот обладал врожденным даром убеждения. Бык с каждой минутой все больше уважал Холдена — как уважал бы гремучую змею. Этот человек был опасен сам по себе.
Когда Холден выговорился и начал повторяться, твердя, что Ашфорда надо остановить, что Сэм помогла им выиграть время, что оставшимся на других кораблях командам следует заглушить реакторы и отключить питание в сети, Бык поскреб подбородок.
— А если Ашфорд прав?
— Не понял? — сказал Холден.
— Если пришельцы тебя дурачили?
Холден сжал челюсти, но, чуть помедлив, кивнул.
— Такое возможно, — сказал он, — и я не вижу способа проверить. Но Сэм говорит, ради выстрела по Кольцу Ашфорд готов пожертвовать «Бегемотом», а если Миллер не солгал, заодно пожертвует и всем человечеством. Ты готов рискнуть?
— Как сказать, — возразил Бык. — Возможно, остановив его, мы спасем нашу систему. Либо же оставим открытыми врата для вторжения созданий, которые будут намазывать наши мозги на бутерброд. И времени на проверку нет. Никак не проверить. В любом случае мы рискуем.