– Золото должно работать, – отмахнулась я. – Да и не хочу я ничего покупать.
– Жаль.
Мэтти зашипел от досады, заметив, что перо уже давно выводит на бумаге не конспект, а план подрыва Академии. Пришлось вырывать лист и переписывать. Испорченный он кинул мне, и я превратила его в противную жабу. Та жалобно квакнула и скакнула в сторону.
– Я надеялся, что ты подаришь старшему брату целую Академию. Выкупишь ее, чтобы я смог сжечь все к чертовой бабушке…
– Не зови, – рассмеялась я. – А то бабуля опять отправит к тебе низшего ночью, справиться о твоем здоровье.
Мэтти икнул, вспоминая этот случай. Он моего веселья не разделял. Марта Кирман, наша приемная бабушка, обладала особым шармом. Все мужчины ее побаивались, а девушки – обожали. Марта любила эпатировать публику. А ее мужья, владыка Преисподней и темный дракон, в этом охотно помогали возлюбленной.
Я подхватила иллюзорную жабу на руки, рассматривая рисунок на спинке. А неплохо в этот раз получилось, достоверно.
Дверь в библиотеку распахнулась. Вошли мои недавние обидчики. Брюнет, с которым мы поцапались, замер, не дойдя до стола пару шагов. Он прожигал меня злым взглядом. Его русоволосый прихвостень вышел вперед и сказал:
– Мэтт, там щит упал. Тебя просили поставить новый.
Перо начало выводить на бумаге замысловатые ругательства. Опять придется переписывать.
Глава 3
Я выгнула бровь, смотря брюнету прямо в глаза. Как там его? Рейнольд? Запомним. Никто не гарантировал, что обидевшие ведьму не попадут в черный список нашей семейной волшебной лавки. И уж тем более я не обещала, что не стану проклинать надоедливого золотого мальчика.
Он стремительно преодолел разделяющее нас расстояние и напоролся на тяжелый взгляд брата. Мэтиас был зол и на необходимость чинить щит, и на наглого однокурсника.
– Мэтт, кто это? – спросил русоволосый. – Ты знаешь ее?
– Только не говори, – фыркнул брюнет, – что притащилась в библиотеку искать жениха.
– Почему же? – фыркнула я, бросая на брата предупреждающий взгляд. – У меня неплохо получается.
Я сунула ему под нос иллюзорную жабу. Мой недоделанный принц устало квакнул. В глазах иллюзии появились первые проблески интеллекта. Она завозилась, собираясь скакнуть на Рейнольда.
– Убери это, – брезгливо произнес брюнет. – Пока не прихлопнул вас обеих.
– Ты просто ничего не смыслишь в любви. – Я надула губы. – Немного нежности, и любое чудовище превратится в лучшего на свете мужа.
Сложив губы бантиком, я чмокнула жабу. С громким чпоком она лопнула, разбрызгивая остатки голубой магии.
– Ой, – показательно удивилась я. – Не сработало. Хотя лучший муж – тот, которого нет, верно?
– Кирман, – выплюнул брюнет. – Вы разрушаете все, к чему прикасаетесь. Проваливай из Академии, пока она из-за тебя не развалилась.
Брат заметно оживился. Его, кажется, уже доконали экзамены и преподаватели. Он оценивающе посмотрел на меня, прикидывая, сколько разрушений может принести одно рыжее недоразумение. Мэтти в меня верил.
– Оставайся, – попросил он. – На недельку хотя бы.
– Арден, ты с ума сошел? – изумился брюнет.
Русоволосый нахмурился, что-то прикидывая в уме. Он был смышленее дружка и до сих пор пытался понять, что я забыла в Академии.
Он стоял рядом со столом, постукивая длинными музыкальными пальцами по учебнику. Его пухлые губы кривились в усмешке, но это нисколько не портило его красивое лицо. Он был лощеным аристократом – во всех смыслах этого слова. Уверена, за ним бегала половина столицы, тщетно пытаясь окольцевать.
А Мэтти все никак не успокаивался. Он взял меня за руку, словно я могла сбежать. Нет, могла, конечно. Не зря мне дедуля дал свой портальный камень, а папа – специальную бусину. Однако мы, Кирманы, никогда не покидаем поле боя позорным бегством.
– Эй, мне вообще-то готовиться надо, – прошипела я, отодвигаясь от парней, как от чумных.