P.S. Кстати, Фатих -- в переводе с арабского, "победитель" :)
19. Контроль и информация (Деревенские хроники-3)
Проведали кладбище. Дождь моросит, сыро. Могилы отца Ларисы, деда, бабушки... Трава мокрая, пахнет влажной душицей. Фиолетовые цветочки вперемешку с земляникой, изредка крапива. Древние шершавые березы параболами уходят в небо между оградок. Оградки широко расставлены, чтобы вольно дышалось. Огромная береза сломана у корня, крона на земле. Листья желто-зеленые. После заехали в магазин за гостинцами. Нас вечером пригласили в гости к тете Гульсум, в другую деревню -- Абдрахимово. Маленький магазинчик с деревянным крыльцом. Вокруг люди -- мальчишки с велосипедом, пара мужиков в энцефалитках. Маленькая бабушка в бордовом платке беседует с двумя женщинами в зеленом. Жена с тещей пошли выбирать гостинцы, Василиса увязалась с ними. Я отогнал машину чуть дальше и встал за красной "японкой". Злата дремлет в кресле. Бабушка в бордовом распрощалась с женщинами и стоит у моего водительского окна. Хмм. Я открываю дверь, выхожу. Она смотрит на меня в упор сквозь очки. Стекла тонкие, но огромные, вполлица. И такой слегка бериевский отблеск в них. Явно ждала, чтобы я сам вышел, желательно с поднятыми руками. "А теперь Горбатый!" - Здравствуйте, - говорю. - Здравствуй, - говорит бабушка строго. - Ты кто? "Агент Антанты", чуть не вырвалось у меня. - Дима, муж Ларисы. - А, - говорит бабушка. - Понятно. Зять Насимы, значит. И кивает сама себе, словно все ей давно известно. И про Насиму, и про ее зятьев. - Откуда сам? - Ээ... Из Кунгура. Сто километров от Перми... Я собирался сказать про север, куда переехал в детстве, а потом про Москву, но не успел. - Знаю, - строго говорит бабушка. - Русский? - Русский, - чистосердечно признался я. И даже почувствовал странное облегчение. - Понятно, - сказала бабушка. И пошла по улице. Я смотрю ей вслед. И тут бабушка повернулась. - А пещера там еще работает? Последняя проверка. Что, я Кунгурскую Ледяную пещеру не знаю, что ли. - Работает, конечно. - Не закрыли? - Нет, кто ее закроет... Хорошо. Бабушка кивнула и пошла дальше. А я остался, в некотором изумлении. Особист в деревне не дремлет. Рассказал жене, она смеется. Ларисе всегда смешно, когда я вступаю в контакт с башкирской культурой. - Это, - говорит Айгуль. - Наша бывшая учительница.