– Привет, Марьяна! – тянет придурок и многозначительно молчит в ожидании моего ответа. На заднем фоне гремят басы, а чей-то пискляво-лающий смех сменяется звоном посуды. Сомнений нет, Булатов на даче у Осина.
– Детка, не хочешь поздравить меня с победой? – надменно спрашивает индюк и снова даёт мне возможность ответить. – Эй, Свиридова, ты оглохла?
– Мне казалось, наши пути разошлись!
Чувствую, как потеют ладони, едва удерживающие телефон возле уха, а непреодолимый страх расползается по телу, – меня не покидает ощущение предстоящей подставы.
– Ага, – насмешливо соглашается Булатов. – Но вроде это не мешает нам оставаться друзьями.
– Друзьями? – моя очередь смеяться. – Ты серьёзно?
– А что?
– Друзья не подставляют, Тоша!
– Ты о чём, Марьяночка?
– Не прикидывайся! Ты прекрасно знал, что Ветров стоял под окном, когда просил тебя поцеловать.
– И?
– Ты даже не отрицаешь? Господи, какой же ты противный, Антон!
– А ты что так в Ветрова-то вцепилась? Заступаешься, переживаешь? Уж не влюбилась ли ты в нашего оборванца? – звуки вечеринки становятся тише, зато ржание Булатова раскатами грома отдаётся в трубке. – Думаешь, нужна ему? – И снова смех. – Ага, держи карман шире! Вон он напротив сидит с банкой колы в руке, и совершенно непохоже, что переживает. Наоборот, Смирнову тискает и лясы точит, не забывая, кстати, свою скромницу совсем нескромно целовать. А ты, дура, убиваешься! Меня из-за него подставила перед отцом.
– Ветров там? – как ни стараюсь, дрожь в голосе скрыть не получается: мой самый страшный кошмар только что обрёл реальные очертания.
– Ну да, вся команда тут, – мычит Булатов как так и надо.
– Он же не хотел идти!
– Дать ему трубку? – спрашивает, не моргнув глазом. – Или, может, Смирновой? Погоди, Марьяна, сейчас позову. Зла…
– Не надо, – ору сорванным голосом, задыхаясь от слёз. Как там Ветров говорил: я была его маяком? Лжец! Негодяй! Как же быстро он нашёл для себя новый источник света.
– Я просто хочу, чтоб ты наконец сняла розовые очки, – продолжает давить Тоха. – Ветров не ангел! Он – покалеченный жизнью беспризорник, хватающийся за любую возможность вылезти из грязи в люди. Ты упорхнула – он пытает счастье со Смирновой.
– Неправда! Я не верю!
– Так приезжай и посмотри. Адрес знаешь!
Булатов сбрасывает вызов, оставляя меня наедине со своими сомнениями и разорванными в клочья чувствами. Знаю, как никто другой, что верить этому уроду нельзя ни на каплю, но больная ревность берёт верх. Вдобавок и стрелка часов лениво указывает, что игра давно уже закончилась, а в комнате за стенкой всё так же темно и пусто.
Второпях собираюсь и вызываю такси. Пока жду автомобиль, борюсь с неимоверной дрожью и желанием остаться дома, но успокаиваю себя, что только взгляну в лживые глаза Ветрова и сразу вернусь.
Чёрный «Ниссан» равнодушно тормозит возле шикарного коттеджа на окраине города. Осин, как и Булатов, живет на широкую ногу: летом здесь, а с началом учебного года в шикарной квартире в центре. Громкая музыка, яркие огни, толпы подвыпивших подростков – здесь не знают слова «нельзя».
Обнимаю себя за плечи и робко ступаю по аккуратной брусчатке к эпицентру веселья. Тут и там замечаю незнакомые лица и бесстыдно целующиеся парочки. Жадно высматриваю Ветрова, но пока не нахожу.
– Марьяна! – расплывается в поддатой улыбке Симонов. И без того не красавец, сейчас он и вовсе напоминает Квазимодо. – Пришла, значит. Ну-ну!
Каким-то липким, до отвращения разнузданным взглядом он проходится по моим обтягивающим джинсам, забранным в высокий хвост волосам и замирает, алчно разглядывая широкий вырез на моей блузке.
– Симонов, иди, куда шёл! – внезапно нарисовавшийся возле нас Булатов тоже замечает неладное.
Небрежным толчком Тоха отодвигает Митю в сторону и по привычке прижимает меня к себе. Я не брыкаюсь. В этом осином гнезде в объятиях Булатова куда безопаснее, чем одной, да и перед Ветровым выглядеть ревнивой дурой неохота.
– Где они? – бормочу взволнованно и смотрю на довольную физиономию Антона.
– Ща найдём!
В отличие от своего шакала, Булатов приятно пахнет и абсолютно трезв. Придерживая меня за талию, он проталкивается сквозь толпу гостей в самую гущу событий и останавливается возле дивана, на котором восседает Осин и компания, но Ветрова среди них нет. Кручу головой, пытаюсь разглядеть его и Злату, но тщетно. Зато меня друзья Булатова рассматривают как диковинную зверушку и мерзко лыбятся.