Долго думал потом об этом. И пришёл к выводу: организм криптонца гораздо больше поддаётся контролю со стороны мозга «пользователя», чем человеческий. Я могу УПРАВЛЯТЬ даже таким, казалось бы совершенно неуправляемым процессом, как сила мышечных сокращений при семяизвержении.
Что ж, огромный шаг к «безопасному сексу» сделан. Теперь дело лишь за должным уровнем самоконтроля… Погорячился я тогда в разговоре с Кассандрой, когда сказал, что тренировки этому телу не нужны. Ещё как нужны! Жизненно необходимы просто! Только не такие, как я привык в «той» жизни. Этому телу нужны не сила с выносливостью и гибкость с ловкостью - всего этого у него и так «с прибором». Этому телу нужны КОНТРОЛЬ и ТОЧНОСТЬ. Контроль и точность, контроль и точность…
Вот их выработке я и стал посвящать не менее двух часов своего времени каждые сутки. Как бы не было скучно, однообразно, нудно и даже противно, но раз за разом я прорабатывал все свои «системы», начиная со зрения, во всех его «проявлениях», заканчивая каждой, самой маленькой и незначительной мышцей в теле.
Кстати, о Кассандре. Уитни к ней приходил. Говорил «Спасибо». Кассандра улыбалась, кивала и просила помочь старой слепой женщине дойти до двери… держа её за руку.
Про моё участие в деле Фордману она ничего не сказала. А вот мне про Фордмана, когда я к ней бумажки «подписывать» ездил, кое-что поведала. Кое-что, что мне по нраву не пришлось.
Ей было видение про смерть Уитни. В этом видении он был молодым. Не сильно старше, чем есть сейчас. Он был в военном обмундировании, с оружием, весь грязный и усталый. Он тащил раненого товарища где-то, то ли через болото, то ли через мелкую речку. Природа вокруг, по описанию Кассандры, напоминала Балканы примерно в середине осени. Точку поставил взрыв миномётной мины. Прямое попадание.
Я тогда покивал, к сведенью принял. Запомнил. Но что с этим делать, даже не представлял пока. Жалко парня.
В общем, я ждал, когда начнутся проблемы. Ждал, нервничал, а они всё не начинались. Это нервировало ещё больше.
Чтобы как-то отвлечься, я поднасел на программирование. Фирму мне Патрик нашёл, но купить пока не купил, шли переговоры с владельцами. Так что пока допиливал движок в одиночку.
Звонок от Виктории заставил меня вздрогнуть и даже матернуться. Не его я ждал, не его… Но всё же.
Опять встреча. И опять там же. Ждал меня в знакомой комнате хорошо знакомый по телеэкрану и обложкам таблоидов человек.
- Лайнел Лютер, Мистер Кент, - с некоторой ехидной издёвкой в голосе представился он, не вставая со своего диванчика.
- Меня вы знаете, - пожал я плечами, садясь на «свой». – Чему обязан?
- Я с «наездом», - улыбнулся он, произнеся это по-русски, довольно чисто, хоть и с акцентом.
- «Предъявляйте», - пожал плечами я.
- Деньги, что ты взял «по беспределу» с Моргана Эджа, были не совсем его. Точнее, совсем не его. Это были мои деньги.
- Эдж, - пожал плечами я. – Он угрожал моей семье. Теперь не угрожает.
- Только по этому? – весело прищурился Лайнел.
- А нужна ещё какая-то причина? Он угрожал моей семье, и у него были деньги для выполнения этой угрозы. Я их забрал. По-моему, всё логично.
- Логично, Кларк, - согласился Лайнел. – Но это всё равно «беспредел», согласись?
- Ну… может самую капельку, - показал я на пальцах эту самую «капельку».
- Я хочу назад свои деньги, Кларк, - так же на пальцах показал Лютер.
- Будете угрожать? – вопросительно приподнял бровь я, разваливаясь на диване.
- Не буду, - улыбнулся Лайнел. – Но «беспредельщиков» никто не любит, Кларк.
- Не стану спорить, - пожал плечами я.
- Я хочу назад свои деньги, Кларк. Но я человек здравомыслящий, и готов договариваться, - достал из кармана плаща свёрнутые бумаги он и протянул их мне.
Я привстал и бумаги взял. Открыл и начал читать.
- Земля? – удивился я.
- Не просто земля, а та самая земля, которую твой фонд так активно добивался… но не добился, - улыбка его стала самодовольной.
- Что мешает мне забрать её у вас? – задал я вопрос в большей степени себе, чем ему, уже прикидывая, что бы ещё предложить Рикману.
- Я тебе не угрожал, - чуть подпритушил свою улыбку Лайнел. – «Беспредельщиков» никто не любит, Кларк. Слухи пойдут…
- Не пойдут, - всё так же задумчиво покачал головой я. – Ведь вы мне её подарите сами. Как и Эдж – сам сделал пожертвование в благотворительный фонд, а только потом уехал в Россию, к своим партнёрам по бизнесу.
- Они уже пошли, Кларк, - развёл руками Лайнел. – Но мы сделаем лучше! Я продам тебе этот клочок земли. Ведь я не хочу воевать, я хочу дружить с тобой!