Я могла быть сколь угодно хорошим артефактором, но в любви оказалась совершенно беспомощна.
Когда дверь за ним закрылась, Мартин замер на крыльце, приводя мысли и чувства в порядок. А ведь он собирался быть предельно вежливым и учтивым, не давая повода лишний раз на себя обидеться. Но любая маска рядом с Софи трескалась и рассыпалась в один момент. И не удержаться от ревности, к счастью, кажется, незамеченной, и горького признания собственной уязвимости перед ней, облеченного в шутку. Это не говоря уже о неуместном желании похитить и забрать девушку себе, прекратив интригующую, но мучительную игру в ухаживание, после одного невинного поцелуя. А ведь он когда-то считал сдержанность одним из лучших своих качеств.
Маг тихо рассмеялся, представив, как с самым злодейским видом запирает Софи у себя в доме. Интересно, как скоро ему негде будет жить?
Нет, делать резкие движения было нельзя – таким хрупким было установившееся между ними перемирие. Да и в попытках завоевать симпатию девушки тоже было какое-то странное, неведомое ему прежде удовольствие. Хотя раньше он полагал, что ему и на работе хватает волнений, а в отношениях должно быть все гладко и спокойно.
Впрочем, медлить дальше тоже было опасно. Конечно, он собирался дать Софи доучиться спокойно, но внимание пана Котовского, ее неугомонность и его собственная нетерпеливость побуждали действовать более решительно. Одно дело – пытаться получить девушку, которая в твою сторону смотреть не хочет, и совсем другое, когда она сама целует тебя на прощание. Вот его награда за хорошее поведение!
Находясь в самом благодушном настроении, Мартин спустился по лестнице, привычно накидывая на себя флер невидимости. Снял он его, только подходя к автомобилю, оставленному в сотне метров от дома Софии. И почти сразу же почувствовал на себе чужое напряженное внимание. Действуя интуитивно, Шефнер резко шагнул в сторону и… Резкий удар в плечо, почти сразу же онемевшее. Мартин упал навзничь, как-то отстраненно заметив, что звука выстрела не было, значит, оружие магически усовершенствовано.
Тут же над головой вспыхнул щит, закрывая от следующей атаки.
– Стреляли со стороны парка, – сказал менталист выскочившему из автомобиля телохранителю. – Корвейн, не дай ему уйти.
Боевой маг кивнул, создал еще один щит уже вокруг себя и устремился в указанном направлении.
Мартин с трудом сел, прижимая ладонь к левому плечу. Рана кровила, к тому же начала жутко болеть, но кость вроде не задета. Непослушными пальцами правой руки менталист попытался сплести поисковое заклинание, но, судя по вспышке боевой магии, Корвейн успел первым найти покушавшегося на главу СБ. Спустя минуту боевик притащил добычу к машине, будто кот, решивший порадовать своего хозяина.
– На заднее сиденье его, – морщась и пытаясь встать, приказал Мартин.
– Мы в СБ? – уточнил Корвейн, не слишком аккуратно запихивая свою бессознательную жертву в автомобиль.
– Нет, к Линде. Она ближе. Оставишь меня у нее, затем отвезешь в контору нашего стрелка.
– А вдруг с вами что-то случится в мое отсутствие?
– Стрелок был один, а автомобиль не отследить. Так что беспокоиться не стоит.
«Хотя надо поставить охрану около дома Софи», – мрачно подумал Мартин. То, что его отследили рядом с ним, ему сильно не нравилось. Пока же оставалось надеяться, что особняк Вернеров достаточно защищен чарами.
Боевик перевязал рану на плече Мартина бинтами из аптечки, активировал обезболивающий артефакт и осторожно помог боссу усесться на переднее пассажирское сиденье.
Дорога до дома Линды показалась Мартину бесконечной.
Глава 19
Была некоторая ирония в том, что фрау Линда Келлер, долгое время бывшая возлюбленной Мартина, жила в двадцати минутах ходьбы от Софии Вернер, девушки, на которой он собирался жениться. Возможно, ирония была злой, потому что именно направляясь к своей любовнице, Шефнер увидел юную чародейку в парке и впервые по-настоящему ею заинтересовался. Но сейчас столь неуместное обстоятельство, как проживание любовницы и будущей жены в одном квартале, было весьма кстати. К тому времени, когда Мартин добрался до дома Линды, он был еще в сознании и мог соображать, хотя потеря крови туманила его разум.
Корвейн открыл ему дверцу авто и помог дойти до аккуратного одноэтажного домика.