– Представьтесь, пожалуйста, – попросил меня профессор Морике, добродушно улыбаясь.
– София Вернер.
– Вернер? – хмыкнул Рейнеке, придирчиво меня разглядывая. – Родственница Августа Вернера?
– Его внучка, – подсказал Морике. – И одна из сильнейших студентов нашей кафедры за последние несколько лет.
– Старая школа, – кивнул декан понимающе. – Ну что же, чем вы нас порадуете, София?
Я бросила быстрый взгляд на Шефнера, ожидая увидеть в его глазах… насмешку? Одобрение и поддержку? Не знаю. Но он смотрел на меня вполне равнодушно, будто бы не узнавая. Положив перед комиссией свою бакалаврскую диссертацию, я начала:
– Моей задачей было сконструировать артефакт невидимости…
– Оптический камуфляж? Интересно, – тут же прервал меня Рейнеке, даже не взглянув в сторону диссертации.
Интересно ему, как же. Аж глаза злорадством загорелись в ожидании признания моего провала.
– Не совсем. Артефакт работает не на основе оптического обмана, а использует принципы ментальной магии. Фактически он заставляет тех, кто попал под его влияние, забыть о присутствии человека, надевшего мой артефакт.
– Нам удастся это увидеть? – скучающе спросил декан, заглянув в мою диссертацию. – Или ваша работа чисто теоретическая?
– Даже теоретические исследования в этой области весьма ценны, – высказался Мартин Шефнер, и я увидела в его глазах… предупреждение?
Он давал мне возможность пойти на попятную.
Я решительно кивнула сама себе и, поставив на пол коробку, достала из нее артефакт. Первым не выдержал Хайнц, громко прыснув, Рейнеке же и вовсе расхохотался. Декан удивленно посмотрел на профессора Морике, но тот развел руками:
– Сам в первый раз вижу работу студентки Вернер. Не в обиду вам, София, но почему вы выбрали для артефакта невидимости столь… яркую и заметную форму?
Я держала в руках собственноручно связанный шарф, состоящий из множества разноцветных лоскутков, и настолько длинный, что даже обернутый несколько раз вокруг шеи он спускался почти до самых колен.
Напомнив себе о необходимости сохранять спокойствие, я накинула на себя шарф и, отойдя к окну, уселась на подоконник, наслаждаясь разворачивающимся представлением.
– Нынешние студенты такие претенциозные, – заявил Рейнеке, потягиваясь.
– Вы были такими же, Грегор, – заметил профессор Морике, вставая. – Так, давайте сделаем небольшой перерыв и перекусим. Обсуждать оценки студентов лучше в благодушном и сытом состоянии.
– Вы слишком о них печетесь, – сказал декан, перекладывая мою диссертацию к остальным.
Все засобирались, тихо переговариваясь и обмениваясь впечатлениями о студентах. Секретарь покашляла, привлекая внимание руководства.
– Простите, а что насчет студентки Вернер?
– А, та милая светловолосая девушка! – кивнул Хайнц. – Кстати, не помню, чтобы она выступала. Разве она не в группе с вашим племянником, Мартин?
– Именно так, – невозмутимо ответил Шефнер, все еще сидевший на своем месте.
– Так позовите ее! – нетерпеливо сказал Рейнеке.
Секретарь покраснела.
– Она уже указана в протоколе как выступавшая.
– Что за чушь, – пробормотал декан Лигман.
Первым начал догадываться Морике. Он придвинул к себе стопку с диссертациями и, взяв мою папку в руки, сияя, продемонстрировал ее остальным.
– Ментальный артефакт невидимости! Вы понимаете, что это значит?!
Рейнеке нахмурился:
– И что же?
– Он сработал! Полагаю, София сейчас здесь и смеется над нами, стариками, которых так ловко удалось обвести вокруг пальца!
– Допустим, обмануть удалось не всех, – негромко сказал Мартин, подмигнув мне.
Декан, заметив, куда смотрит Шефнер, резко повернулся в мою сторону, провел рукой перед глазами, будто снимая паутину заклинания, и взгляд его прояснился.
– Студентка Вернер! Вы действительно смогли меня сегодня поразить!
В итоге разглядеть меня смогли все, кроме не владеющего магией секретаря.
– Идите сюда, София, – пригласил меня профессор Морике.
Я спрыгнула на пол и направилась к столам комиссии. И тут же обо мне забыли все, кроме ментального мага. Правда, в этот раз не окончательно.
– Тут только что была студентка с артефактом невидимости, куда она делась? – растерянно спросил заведующий кафедрой.
– Точно, была, – согласился профессор Лигман. Вновь взглянул на диссертацию в своих руках и хлопнул себя по лбу. – София Вернер! Ей снова удалось заставить нас забыть о ней?