Двигалась я необыкновенно плавно и грациозно, иначе в этих юбках и туфлях не получалось. Нет, я носила каблук и выше, но обычно это были удобные кожаные сапожки, а не хлипкие туфельки. Спустившись вниз по лестнице, сорвала заслуженные аплодисменты.
– Богиня, как есть богиня! – восхищенно сказал Петер, выглядевший взрослым и серьезным в темном фраке и белых перчатках, лишь улыбка осталась той же – мальчишеской, открытой. Никто не умел так заразительно улыбаться, как мой друг.
– Фальшиво, барон фон Шефнер, – радостно сказала я. Внезапно стало так легко, будто все заботы в один миг исчезли. Мы были молоды и красивы и могли позволить себе наслаждаться жизнью.
– У меня мало практики. Тебе нужно чаще радовать меня подобными представлениями.
Петер помог надеть пальто, а затем, подхватив под руку, спуститься с крыльца. Автомобиль с массивно-вычурным капотом, стоявший перед домом, был незнаком.
– Взял напрокат, – пояснил артефактор. – Ох, кстати, хочу предупредить. Марта не в духе.
– Из-за чего?
– Мы с ней немного поссорились, – туманно ответил Шефнер-младший. – Не обращай внимания.
Мне хватило раз встретиться взглядом с Мартой, чтобы понять, что источником ее раздражения была я. Буквально через силу со мной поздоровавшись, она тут же повернулась к окну и не обращала на меня внимания всю дорогу. Я тоже молчала, скорее удивленно, чем обиженно.
Выглядела она в своем воздушном персиковом платье прекрасно, и я готова была поспорить, что жемчуг на ее платье настоящий. Пышная фигура с тонкой талией, блеск каштановых волос, гневный румянец – Марта была чудо как хороша собой и точно знала об этом. Я без ложной скромности могла сказать, что уступала ей в красоте и утонченности. Тогда откуда эта странная ревность с ее стороны? Неужели настолько сильно сомневалась в чувствах Петера к ней?
Наблюдая за их отношениями со стороны, я никак не могла понять, что именно между ними происходит. Она, безусловно, любила его. Но любил ли Петер Марту? Я знала, что к своей невесте он относился иначе, чем к любой из своих прежних пассий. Заботился о Марте, как мог, пусть для него это было непривычно. Порой Петер был удивительно нежен, и я видела восхищение в его глазах, когда он смотрел на целительницу. Но нередко замечала и равнодушие с его стороны, даже жестокость. Так, он мог смеяться рядом со мной, вспоминая что-то из нашего прошлого, и тут же небрежно попросить Марту что-нибудь принести из кухни. Будто испытывая ее. Или наслаждаясь собственной властью.
Может, так делают мужчины, когда уверены, что женщины никуда от них не денутся? Перестают их уважать и ценить. Возможно, именно поэтому Мартин Шефнер так быстро остыл ко мне. Я оказалась… слишком доступна? И слишком глупа. Нет, нельзя было думать об этом. Не раньше, чем увижу его, пусть даже если мне придется ворваться в кабинет главы СБ. И когда я пойму, что перестала быть интересной менталисту, успокоюсь, получив ту свободу, которую хотела.
– Все хорошо, мои прекрасные дамы? – спросил Петер, уверенно лавирующий меж чужих машин и повозок.
– У нас все чудесно, – рассеянно отозвалась я.
– Тогда поправляйте свои прически, перчатки, чулки… Мы почти прибыли.
– Если ты будешь и дальше так шутить, то на нас с Софи будут косо смотреть, – поджала губы Марта.
– Не бойся. Он вполне умеет сдерживать себя в людных местах, – сказала я и заслужила очередной взгляд исподлобья. Да уж, мне лучше молчать.
Шефнер помог выйти сначала мне, потом Марте. Поэтому я успела оглядеться. Мы остановились почти у подножия мраморной лестницы, по которой стекались к главному входу зрители. Вдалеке я заметила дядю с невысокой пышной женщиной и еще несколько смутно знакомых лиц.
– А на что мы, кстати, идем? – уточнила я, когда Петер, подхватив нас под руки, повел внутрь.
– «Обманутая невеста, или Соперничество трех мужчин из-за одной возлюбленной», – без запинки ответил мой друг.
– Драма или комедия? – уточнила я.
– Как и все в нашей жизни, – вздохнул Петер, – не разберешь.
– Комедия, – внесла ясность Марта.
– Да все равно мы ничего не поймем, – жизнерадостно ответил мой друг.
– Я знаю лермийский, так что буду тебе переводить, – защебетала та, прижимаясь ближе к Петеру.
Невнимательно прислушиваясь к их разговору, я с любопытством разглядывала публику. Ну надо же, сколько людей пришли бесполезно тратить свое время! В какой-то момент краем глаза я заметила господина со знакомой немного дергающейся походкой и тростью в руках. Тут же дернула Петера за руку.
– Смотри, и министр Гайне здесь… – В этот момент к министру подошел высокий светловолосый мужчина и, пожав ему руку, увлек за собой. – О-о-о, и Котовский тоже. Они что, вместе?