– О чем вы?
– Анджей – наследник императора и когда-нибудь станет правителем Грейдора. Канцлер всегда выступал против его кандидатуры, а этой зимой изменил мнение. Я был удивлен. До тех пор, пока не узнал, что в руки канцлера попали записи ваших с Петером исследований. – На стол передо мной легли бумаги. – Узнаете почерк? Мой человек нашел эти документы у Тренка. И отчего-то мне кажется, что это не вы отдали ему свои заметки.
– Нашел? Какой милый эвфемизм слова «украл».
Копия моей тетради со всеми записями, что я вела, изучая чары на спине Котовского. Саму тетрадь я давно сожгла, опасаясь, что данные по «болезни» роанца причинят ему вред. Лишь двое, помимо самого Котовского, знали о существовании этой тетрадки и могли ее в свое время скопировать. Мартин и Петер. Но Петер мог ведь отдать и свои записи, а не копировать мои.
– Как только Котовский взойдет на трон, канцлер собирается спровоцировать у него срыв, заставить потерять контроль. Возможно – убить. И ваш жених собирается ему в этом помочь. Планируя переворот, они предали корону, а значит, и нашу страну. Вы хотите быть на стороне предателей?
Я почти против своей воли покачала головой. Но затем очнулась.
– Это все домыслы. У вас нет доказательств, иначе вы давно бы уже обвинили Тренка и Мартина прилюдно.
– К несчастью, того, что у меня есть, недостаточно, чтобы убедить в опасности Тренка правительство. Особенно пока его поддерживает глава СБ. Но это не значит, что я не готов действовать решительно в случае опасности.
Параноик. Вот кем Гайне был. Кажется, он действительно верил, что против него и короны плетут заговор. И так легко и открыто это говорил, будто совсем не опасался, что я перескажу наш разговор Шефнеру. Так уверен, что сможет меня убедить? Или считает, что никто не сможет расстроить его планы? Как бы то ни было, мне стоило бы закончить нашу беседу и постараться больше не пересекаться с министром. Но все слишком далеко зашло, чтобы просто взять и уйти, так ничего и не узнав.
– Вы из-за этого переводите боевых магов в столицу? Опасаетесь переворота? Его скорее вызовут ваши действия, министр. Регистрацией магов многие недовольны.
– Регистрация прежде всего служит для защиты простого населения. Задача властей – поддерживать мир и порядок в стране, а не угождать зарвавшимся магам, как это делает Тренк, – возразил Гайне. – Неучтенные военные артефакты, безумные целители, убивающие наших граждан…
– И опасные магические эксперименты? – саркастично перебила я министра. – К примеру, тот самый секретный проект ГЛМ-12, над которым работает ВМ.
– Что вы о нем знаете, фрейлейн?
Почти ничего. Даже Мартин не желал делиться со мной подробностями проекта. Но говорить я об этом не стала, пожав плечами.
– Полагаю, это какое-то оружие. Только я думала, что вы собираетесь защищать нас от алертийцев. А министерство, судя по всему, хочет обратить его против своих же граждан. Неужели вы правда думаете, что я могу когда-нибудь захотеть помочь вам из-за какого-то выдуманного предательства? Вам, фактически разрушившим карьеру и жизнь моего деда?
Я едва не спросила Гайне о Франциске Вагнере, но вовремя прикусила язык, напомнив себе, что все еще нахожусь в министерстве. Хотелось бы выйти отсюда живой и невредимой.
– Я был терпелив с вами из-за уважения к вашему деду. Не вставайте на сторону моих врагов, фрейлейн. Иначе пожалеете, – бросил мне в спину министр.
Сжав дверную ручку, я замерла, пытаясь справиться с волнением и ответить спокойно. И когда заговорила, голос мой не дрожал.
– Я всего лишь артефактор, не боец и не политик. Меня мало волнует, что происходит между вами, канцлером и Мартином. И я уверена, что мой жених гораздо лучше как человек, нежели вы.
Гайне все же вывел меня из себя, но за всколыхнувшимся гневом скрывался и страх. Что министр хотя бы частично прав. Что меня водят за нос и даже используют. Что я зря доверяю Шефнеру.
Ведь и о Франциске Вагнере он что-то знал, но так и не соизволил сказать мне. А когда я выяснила все сама, запретил рассказывать о нем Рихтеру под предлогом, что полицейский департамент все равно не сможет помочь там, где, возможно, замешано ВМ.
Шефнер хотел собрать больше доказательств против Гайне? Загнать его в ловушку… Я была всеми руками за то, чтобы министра отправили в отставку, особенно если он и в самом деле хотел направить ГЛМ, что бы это ни было, против магов или стравить их между собой.
Но даже сломанные часы два раза в день показывают правильное время. Что, если Шефнер и Тренк в самом деле интриговали против императора и Котовского? Гревеницы всегда были ярыми монархистами, и, хоть нынешний император Крейн мне не нравился, мысль, что кто-то хочет изменить все в нашей стране, вызвав вероятную гражданскую войну, мне не нравилась.