Алхимик задумчиво постучал пальцами по столу.
– Что-то мне не хочется тебя отпускать. Дурное пред чувствие.
Петер закатил глаза.
– Зная свого дядю, он наверняка отправил за Софи Джиса. Что с ней может случиться?
– И все же я провожу свою ученицу.
Рихтер вскочил, лихим жестом надевая свою неизменную шляпу.
– Вы оставите департамент без своей поддержки, босс? – осуждающе спросил офицер. – В такую-то ночь?
Вновь тревожно зазвонил телефон. Гроун и Рихтер переглянулись, и алхимик грустно вздохнул:
– Хорошо-хорошо. Петер, может, ты тогда составишь компанию Софии? Заодно дядю навестишь.
– Почему бы и нет? – кисло ответил мой друг, явно не горевший желанием ехать куда-либо, кроме дома.
Рихтер был слишком загружен своими делами, а я все еще не протрезвела до конца, поэтому мы оба не придали должного значения его беспокойству. А ведь интуиция алхимика-элементалиста почти никогда его не подводила. И все же этой ночью я села в автомобиль, торопясь увидеть Мартина.
Тревогу я почувствовала, когда мы уже довольно далеко удалились от полицейского департамента. Предчувствие беды было настолько сильным, что с меня слетел остаток хмеля. Может, растолкать Петера, задремавшего на моем плече? Я выпрямилась на сиденье, жалея, что не взяла с собой никакого оружия.
Грохенбау, сосредоточенно ведущий автомобиль, поймал мой взгляд в зеркало заднего вида.
– Фрейлейн София?
– Джис, какой дорогой мы едем?
– А-а, не беспокойтесь. Я решил, что лучше объехать центр города. Мало ли что. Времена нынче беспокойные. Хотя, надеюсь, скоро все изменится.
– С чего бы? – тоскливо сказала я. – В последнее время становится все хуже. И куда смотрит правительство? Да и СБ… неужели господин Шефнер ничего не может сделать с тем, что происходит?
– Ох, дорогая фрейлейн, вы должны верить в него, – растроганно сказал боевой маг. – Босс трудится не покладая рук. Мне не следует с вами это обсуждать, но я могу намекнуть, что кое-кто вскоре поплатится за все свои грехи. Завтра Гайне отстранят и затем арестуют. Некомпетентность, приведшая к волнениям в городе, прежние действия, едва не приведшие к утечке секретной информации в Алерт, покушение на высокопоставленное лицо – такое не простится даже министру. Имперский прокурор Ланге уже получил тщательно собранные СБ и проверенные незаинтересованными лицами доказательства того, что Гайне виновен во множестве преступлений. Теперь даже император не сможет помочь министру. Да и не захочет. Сейчас его волнуют совсем другие проблемы.
Значит, в этой паучьей войне в итоге победил Шефнер, оказавшийся более терпеливым и коварным охотником. Но ведь и глава СБ делал это не только для себя. Канцлер многое выиграет, если Гайне сместят. Наверняка у него уже есть на примете тот, кто займет его место. К примеру, сын графа Ланге, Стефан, несмотря на свою молодость, уже успевший сделать карьеру и заслужить репутацию талантливого стратега. Но дело было даже не в личных качествах Стефана, а в его семье. Любая сторона, к которой примкнет граф Ланге, получит огромное преимущество. И герцог Строгер, потерявший благосклонность императора, но не желание занять трон; и князь Котовский, который, женившись на дочери графа, мог значительно усилить свои позиции. Тренку тоже был нужен Ланге, и подкупить он его мог местом военного министра.
А ведь раньше я была далека от политики. С каких пор меня стало интересовать, кто кого подсидел, кто на кого поставил? Точно, с тех пор, как я связалась с Мартином. Ведь в будущем, если я не хочу случайно его подставить, мне нужно знать все про его врагов и союзников. Особенно тех союзников, которые мне не нравились. К примеру, про канцлера.
Чтобы хоть чем-то отвлечь себя от мрачных мыслей о политике, я решила проверить чары на автомобиле Шефнера. Наверное, стоит их обновить, раз хозяин машины совсем забыл об этом.
Я подняла ладонь, упершись в крышу кабриолета, и закрыла глаза, сконцентрировавшись на сложной сети чар, опутывающих автомобиль. Это что вообще такое? Последний раз я заряжала плетения два месяца назад, но кто-то недавно перенастроил несколько узлов защиты, при этом весьма странным образом.
– Джис, что за артефактор обновлял чары?
– Да что вы, фрейлейн! Чтобы босс позволил кому-нибудь другому касаться его крошки?
– Видимо, позволил. Чары перенастроили, и… – тут голос мой сел, – кто-то установил следящий маячок. Притом так, чтобы это не было заметно со стороны. Если кто-то взломал чары деда, то они могли и…
Договорить не смогла. В висках закололо, как всегда бывало, когда рядом колдовал кто-то сильный. А затем по машине ударили боевым заклинанием. Защитные чары на автомобиле затрещали, но выдержали. Разве что меня, не успевшую разорвать связь, сильно приложило. Тело будто прошили сильные электрические разряды, заставившие выгнуться дугой. Петер резко дернулся, просыпаясь, и совершенно бессознательно схватил меня, не давая упасть на пол.