С колотящимся сердцем Саня достал мобильник и торопливо принялся нажимать на кнопки. Услышав бодрый голос отца, вздохнул с неимоверным облегчением, спросил про тетю Наташу, осведомился, будут ли дома, пообещал, что скоро приедет, и помчался.
Дверь открыл отец, и Саня сразу отметил: постарел. А не виделись всего какой-то месяц. Или уже полтора? Или даже два? Время-то, время как бежит! Тетя Наташа тоже не цвела — осунулась, пожелтела. Сердце у Сани ёкнуло: не случайно волновался — сдали старики! А казалось бы, новая квартира, приятные хлопоты…
— Ну, показывайте свои владения! — бодро попросил он после того, как расцеловался с обоими и вручил мачехе цветы и торт. — Сейчас посмотрим, как вы тут устроились.
— Да не устроимся никак, — совершенно неожиданно пожаловалась тетя Наташа, чем несказанно изумила Саню — ее умение приноравливаться к любым обстоятельствам вошло в доме в поговорку. «Если не Наташа, то кто же?» — привык повторять отец.
— Командуйте, что нужно, мигом помогу, — предложил сочувственно Саня. — Наверное, полочки прибить, шкафчики повесить, лампы-шлампы и прочую ерунду. Мы с отцом вас враз обслужим, тетечка Наташа! Только скажите!
— Отец наши достижения покажет, а я пойду обед греть, — махнула рукой Наталья Петровна и ушла на кухню.
— Ну, пошли смотреть, — пригласил отец. — Вот это у нас гостиная.
— Просторно, — одобрил Саня, оглядев пустые стены, угловой диван, журнальный столик и телевизор.
— У нас всюду просторно, — сказал отец и понурился.
Он показал Сане половину Милочки — там среди беленых стен царила полная пустота: три белые комнаты, туалет и ванная.
— Милочка сама обставится. У нее мы не решились хозяйничать. Милочка, понимаешь ли, турбизнесом занимается, к гостиницам, к комфорту особому привыкла. У нее знаешь, какое слово главное? Функционально. Вот ты и посмотришь, функционально у нас получилось или нет, — озабоченно сказал Павел Антонович.
На половине стариков были две комнаты и тоже ванная с туалетом. А общие между двумя половинами — холл-гостиная, кухня-столовая и лоджия. В общем, правда, функционально: хочешь — вместе живи, хочешь — раздельно. Саня оценил разумную планировку и похвалил от души:
— Здорово тут у вас! Квартира на пять с плюсом.
Оглядев комнату стариков, тоже беленую, со шкафом-купе и двуспальной кроватью, Саня сообразил, что имела в виду тетя Наташа, сказав: никак не устроимся. Она хотела сказать: не приспособимся.
— У вас суперфункционально, батя! Но вы себя чувствуете будто в гостях, а точнее, будто в гостинице. Я правильно понял?
— Правильно, сынок. Мы, знаешь ли, решили все сделать по-современному. В новой по-новому, чтобы Милочке понравилось.
— В результате Милочка по целым дням на работе, а вы маетесь в своей современности, как не скажу кто, места себе не находите.
Павел Антонович тяжело вздохнул, чувствуя себя виноватым за собственную отсталость.
— Милочка, понимаешь ли, уехала. Она в длительной командировке. Подписала бумаги на квартиру и укатила. Мы тут сами всем занимались, сделали, как у людей…
— И живете, как в чужих людях, — подхватил Саня.
В ответ он услышал новый тяжелый вздох.
— Нам ведь с Наташей и на работу теперь не надо ходить, финотчеты дома делаем, на компьютере, а с документами молодые в очередях стоят. Так что сам понимаешь…
Саня понимал — безрадостная ситуация.
— Познакомь тогда с рабочим местом, — попросил он.
Павел Антонович открыл дверь в соседнюю комнату, то бишь кабинет. Комнатка небольшая, с так называемой офисной мебелью — компьютер, жалюзи на окнах, светлые стеллажные полки, и на них там и сям виднеется несколько книг.
Саня сразу припомнил все офисы, где побывал за последнее время, в том числе и киношные, и у него зубы от тоски заломило. Да разве можно жить в такой стерильности? Помереть можно со скуки.