Я уже давно был мёртв, благодаря этому взгляду выцветших зрачков странного существа, в котором успел краем глаза разглядеть какие-то до боли знакомые мне черты.
Треск битого стекла. Всё пропало.
###
Я не знаю, как долго длится этот ужас, и который сейчас час. Но с неба по-прежнему падают капельки дождя, фильтруясь осенней листвой высотных деревьев.
Моё тело давно уже онемело и промёрзло, медленно и предательски оставляя меня. Порой я снова начинал думать о том, что всё происходящее не больше, чем чья-то глупая выдумка, ведь это не могло произойти со мной, самым обычным выпускником. Всё это – обман, иллюзия или что-то ещё наподобие этого. Я попытался сосредоточиться.
Правда, к сожалению, холодная вода не давала мне много времени на частые и непрерывные размышления.
Несколько раз я даже смирился мыслью о том, что моя бесславная жизнь так и закончится в этой канаве. Конечно, это не самая почётная или красивая смерть, но что тут поделать? Мой организм был совершенно другого мнения и каждый раз черпал силы из невообразимого запасного источника жизни.
Очередная волна холода и грязи немного сбавила обороты размышлений, поэтому я снова забылся на неопределённый срок. По-прежнему было темно, но чувствовалось, что вот-вот начнёт светать.
– Сербин! – в моей голове послышался знакомый сиплый голосок Соловьёвой. Кажется, я совсем сошёл с ума.
– Артур! – а это уже был низкий бас Фадеева.
– Чёрт… Пропал наш парень. Как бы волки его не сожрали ещё…
– Здесь вообще-то не водятся волки!
– Да откуда тебе знать-то…
Голоса этого небольшого диалога стали переплетаться у меня голове.
– Эй! – я попытался привлечь к себе внимание, но из-за простуженного горла мой голос стал совсем слабым. – Эй! Я здесь! Я здесь! – снова и снова повторял я.
– Тихо! Слышите?
– Да к чёрту тебя, Фадеев… Тебе вечно что-то кажется…
– Я здесь…
– Серб! – отозвался голос в ответ. – Серб!?
– Я здесь! Здесь! – через несколько мгновений мой овраг был освещён ослепляющим лучом, который стал для меня своеобразным светом в конце туннеля.
Силуэт Матвея Фадеева аккуратно присел на корточки и стал вытаскивать меня своими сильными руками из этой лужи. Я по-прежнему ничего не чувствовал, кроме холода и инертности, которые на двоих полностью сковали моё тело.
– Нашёл, – гордым голосом подтвердил Матвей. – Нашёл! Артур, как я рад тебя видеть… Ты как? Серб? Серб!?
Мои тяжёлые глаза сомкнулись, а мыслительный процесс остановился, заставляя моих друзей уйти в новую фазу отчаяния и безмятежности.
###
Проклятый свист кипящего чайника! Какой же ты жестокий и беспощадный! Кажется, я стал просыпаться. Да, точно, стали активизироваться мои больные точки.
Я открыл глаза и удивился от приятного факта, что находился в своей комнате. Как меня это обрадовало! Какое счастье! Какое облегчение! Это был просто глупый сон, который я просто нескоро забуду.
Противный свист прекратился. Так, а кто поставил чайник? А кто его выключил?! Несмотря на своё состояние, я всё-таки кое-как поднялся с постели и сквозь боль добрался до своей крохотной кухни.
На столе находились две чашки свежезаваренного зелёного чая, целая тарелка с поджаристыми тостами, ассорти самых простых фруктов и какие-то шоколадные конфетки. Я был приятно удивлён такому прекрасному набору. У плиты стоял Матвей, и я был безумно рад его видеть.
– Эй! Приятель! – я заулыбался, словно ребёнок, увидевший под новогодней ёлкой огромную цветную коробку.
Но его лицо осталось неизменным: хмурым и безрадостным. Он лишь кивнул в знак приветствия и присел на мягкий уголок, устремив свой взгляд в кружку с чаем.
– Проснулся наконец-то, – за пять лет знакомства я ещё никогда не видел Фадеева таким серьёзным и расстроенным одновременно.
– Проснулся. Это ты меня вытащил? – я сразу решил задать этот вопрос, чтобы проверить, насколько реальны события минувшей ночи.
– Да больше некому, – тут он позволил себе небольшую ухмылку. – Так бы и сгнил себе. В лучшем случае, сожрали бы тебя волки… Смерть так себе, скажу прямо.
Вот чёрт, это был не сон…
– Я даже не знаю, что и сказать… Спасибо…
– Да к чёрту твои благодарности, Серб. Спас и спас. Это всё ерунда по сравнению с главной темой нашего разговора. Давай-ка лучше поговорим о том, чем ты занимался вчера у Глеба, – это имя моментально заставило моё сердце забиться быстрее.
– Погоди… Сначала я всё-таки хочу кое-что спросить, – я собрался с духом, глубоко вздохнул и продолжил, – Глеб жив?